http://blagogon.ru/articles/142/

Памятуя слова великого старца Агафона...


После появления в шестнадцатом номере нашего журнала двух статей, полемизирующих с практикой сверхчастого причащения мирян, в ряде интернет-сайтов публикуются две статьи с критикой позиции «Благодатного Огня». Одна из этих статей принадлежит священнику Андрею Спиридонову. Публикация о. Андрея в целом выдержана в духе конструктивной полемики, без особого недоброжелательства к точке зрения авторов нашего журнала. Поэтому мы также с любовью кратко отметим некоторые несуразности в статье о. Андрея, хотя во многом его мысли совпадают и с идеями, изложенными на страницах «Благодатного Огня». Досадно, что о. Андрей неправильно понял для себя основной посыл наших статей: не возврат к литургической практике Синодального периода, а предостережение от последствий, к которым может привести православного человека, особенно неофита, призыв причащаться за каждой литургией.

Прежде всего, необходимо отметить, что никакой период жизни Русской Православной Церкви непозволительно рассматривать как «неполноценный»: Церковь Христова и в апостольский век, и в век великих святителей-каппадокийцев, и в Средние века, и в Синодальный период в России была ведома одним и тем же Святым Духом, Который в разные периоды исторического существования Церкви внушал ей разные формы литургической дисциплины.

Считать же, что в Синодальный период своего бытия Церковь, как сакральное, мистическое Тело Христово (не путать с церковной организацией, лишенной в то время канонического патриаршего возглавления) была в чем-то «ущербна» по сравнению, например, с апостольскими временами или с нынешними свободными условиями ее существования, есть по сути хула на Духа Святаго. И не «к революции и столь масштабным сокрушениям православных святынь» привел критикуемый о. Андреем Синодальный период, а к новомученикам и исповедникам российским. Да, причащались тогда очень редко, но это не повод впадать в другую крайность. И к каким еще сокрушениям православных святынь может привести полностью оравнодушившийся сверхчастым причащением нынешний православный либерал — один Бог весть. Поэтому уж лучше быть честным «охранителем», чем заниматься литургической профанацией ради создания нового либерально-политкорректного православия. Досточтимый о. Андрей пишет: «В особенности достается (в статьях «Благодатного Огня». — Ред.) приснопамятному протопресвитеру Александру Шмеману. Почему-то не рискуя вступить в серьезную дискуссию с его основными литургическими идеями, критики оттачивают свои полемические клинки на его личном благочестии, приводят цитаты из дневников о. А.Шмемана, обвиняя его в нарушении постных дисциплин, курении и т.д.».

Во-первых, дело отнюдь не в курении и нарушении постных дисциплин, хотя и это недостойно священнослужителя (см., например, 69-е Апостольское правило). Прот. А.Шмеман откровенно глумится над благочестивыми традициями Православной Церкви и открыто признается в нелюбви к ней (см. «Благодатный Огонь», № 16, с. 30–32). Во-вторых, и это важно, наш журнал как раз неоднократно вступал в серьезную дискуссию с основными литургическими идеями прот. А.Шмемана. В 15-м номере «Благодатного Огня» была опубликована статья сербского православного публициста Павле Рака «Водою и духом, или О разбавленном христианстве», критически разбирающая книгу прот. А.Шмемана о Таинстве Крещения, а в 12-м номере журнал также обращался к либерально-модернистскому наследию прот. А.Шмемана, напечатав замечательную статью выдающегося богослова Русского Зарубежья протопресвитера Михаила Помазанского «Экуменика на фоне православной литургики». Эта статья о. Михаила, серьезно полемизирующая с основным трудом прот. А.Шмемана «Введение в литургическое богословие», является продолжением традиций святоотеческого богословия и особенно актуальна в контексте исторического воссоединения Зарубежной Церкви с Московским Патриархатом. Так что остается искренне посоветовать о. Андрею ознакомиться с этими статьями.

И еще два небольших замечания к статье о. Андрея. Протопресвитер Афанасьев всю свою жизнь звался Николаем, а не Александром, а протопресвитера Иоанна Мейндорфа — видного исследователя жития и трудов свт. Григория Паламы — журнал «Благодатный Огонь» никогда не «подозревал в сугубом модернизме» (в отличие от того же прот. Н.Афанасьева), да и ничего о нем ни разу не писал.

По сути у нас с о. Андреем нет предмета для спора. Видимо, батюшка невнимательно читал наши статьи, ибо часто мы с о. Андреем говорим об одном и том же, в частности, о строго индивидуальном подходе при определении частоты причащения Святых Таин.

В отличие от в целом доброжелательной критики о. Андрея Спиридонова, помещенная в Интернете статья священника Даниила Сысоева, десять лет входившего в редсовет «Благодатного Огня», начиная с первого его номера, содержит явные передергивания, оскорбления и даже обвинение в ереси и в отступничестве не только авторов нашего журнала, но и всей Поместной Русской Церкви.

Многим знаком отрывок из Отечника святителя Игнатия (Брянчанинова) о великом старце Агафоне:

«Однажды посетили его некоторые братия. Они слышали о его великом смирении и захотели испытать, точно ли он имеет смирение и терпение. Для этого они сказали ему: отец! Многие соблазняются на тебя за то, что ты одержим в сильной степени страстию гордости, и столько презираешь других, что считаешь их за ничто; также ты непрестанно осыпаешь злоречием братию. Очень многие утверждают, что тайною причиною такого поведения твоего есть блудная страсть, которою ты объят: с целью прикрыть собственную порочную жизнь, ты постоянно занимаешься оклеветыванием других. На это старец отвечал: сознаю в себе все эти пороки, в которых вы обличили меня, и не могу допустить себе запирательства в толиких беззакониях моих. С этими словами, он пал к ногам братий и сказал им: умоляю вас, братия, молитесь прилежно ко Господу Иисусу Христу о мне несчастном, обремененном безчисленными грехами, чтоб Он простил мне многие и тяжкие беззакония мои. Но братия к преждесказанным словам присовокупили и следующие: не скроем от тебя и того, что многие признают тебя еретиком. Старец, услышав это, сказал им: хотя я обременен многими другими пороками, но отнюдь не еретик; чужд душе моей этот порок. Тогда братия, пришедшие к нему, пали ему в ноги и сказали: авва! Просим тебя сказать нам, почему ты нисколько не смутился, когда мы обвиняли тебя в таких важных пороках и грехах, а обвинение в ереси встревожило тебя? Услышав его, ты не мог вынести и отверг его с решительностью. Старец отвечал им: первые обвинения в грехах я принял для приобретения этим смирения, и желая, чтоб вы имели мнение о мне, как о грешнике: мы удостоверены, что в сохранении добродетели смирения — великое спасение души… Но обвинение в ереси я не мог принять,— с великим омерзением к нему отверг его: потому что ересь есть отчуждение от Бога. Еретик отлучается от Бога живого и истинного и приобщается диаволу и ангелам его».

Прежде всего напомним, что отнюдь не журнал «Благодатный Огонь» первым поднял тему духовной опасности и истинного смысла современной проповеди сверхчастого причащения. Впервые об этом сказал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий на Епархиальном собрании московского духовенства 21 декабря 2005 года: «Некоторые, особенно молодые священники… от прихожан требуют, чтобы они причащались как можно чаще, не менее одного раза в неделю. На робкие возражения верующих, что сложно еженедельно достойно готовиться к принятию Святых Таин, такие священники утверждают, что всю ответственность они берут на себя. В результате теряется свойственное православным людям благоговение и страх Божий перед святым Причастием. Оно становится чем-то привычным, обычным, будничным».

А на Епархиальном собрании 5 декабря 2006 года Святейшему Патриарху Алексию был задан вопрос: «На прошлом Епархиальном собрании Вы предупреждали об опасности потери благоговения к Святым Таинам при очень частом Причащении, например один раз в неделю. Та же самая озабоченность выражается в Православном катехизисе святителя Московского Филарета, который рекомендует мирянам причащаться не чаще одного раза в месяц. Те же опасения можно найти в трудах святителя Феофана Затворника и последних Глинских старцев. Почему же по-прежнему в московских храмах, несмотря на Ваши предупреждения, практикуется еженедельное и даже более частое причащение мирян, в результате чего прихожане теряют благоговение и страх перед Святым Таинством?»

Святейший Патриарх ответил: «Видимо, те, кто допускает такую практику, не знакомы с Православным катехизисом святителя Филарета, а также с трудами святителя Феофана Затворника и не проявляют желания с ними ознакомиться».

И только в апреле 2007 года вышел в свет 16-й номер журнала «Благодатный Огонь» со статьями протоиерея Владимира Праводолюбова «Истинный смысл современной проповеди сверхчастого причащения» и священника Игоря Белова и Николая Каверина «Сверхчастое причащение и обновленчество». Так что все обвинения в пелагианской ереси, выдвигаемые о. Даниилом тем, кто по каким-либо причинам не причащается каждое воскресенье или за каждой литургией, ложатся не только на Святейшего Патриарха, но и на множество святых и подвижников Церкви Русской: святителей Димитрия Ростовского, Филарета Московского, Игнатия Брянчанинова, Феофана Затворника, преп. Серафима Саровского, преп. Оптинских старцев Леонида, Макария, Амвросия, Варсонофия, подвижников Глинской пустыни. Никто из них не призывал мирян к сверхчастому причащению, но все предупреждали: надо подходить к Святой Чаше, подготовившись постом, обязательной исповедью, и не учащать, дабы не оравнодушиться, по словам свят. Феофана. Если же следовать рассуждениям о. Даниила, то все эти святые подвижники — «причастоборцы» и «радикальные пелагиане». Почему же отец Даниил боязливо смолчал после выступления Святейшего Патриарха по этому же вопросу? (Этот же вопрос адресуем и о. Андрею.)

Но борец с русскими святыми о. Даниил Сысоев в своем псевдо­святоотеческом модернизме доходит и до откровенного поругания русского духовенства. Он пишет: «…некоторые отцы (часто поставленные еще во времена СССР) не допускают благочестивых христиан до Христа. Они утверждают, что слишком частое приобщение якобы всегда ведет к прелести и снижению духовной жизни». Напомним молодому батюшке Даниилу, что во времена СССР была рукоположена огромная часть ныне предстоящих престолу Божию священнослужителей, а также немалое число новомучеников и исповедников российских! Так что упрекать в недостаточной церковности всех рукоположенных в Советском Союзе священников — есть недостойное охаивание своих сослужителей, которые в страшные коммунистические времена достойно несли свой пастырский крест. Например, выдающийся глинский старец Андроник (Лукаш; † 1974), учивший, что те миряне, «кто причащается каждый день, это люди в прелести. Причащаться надо только один раз в месяц. Нужно приготовиться к Причащению, отсекать своеволие, чтоб Причастие было во спасение, а не в осуждение. Каждый день причащаться может схимник, монах больной, седмичный священник», — в глазах о. Даниила, рукоположенного в ельцинской демократической РФ, только лишь «малоизвестный священник»; великие оптинские старцы, причащавшиеся раз в месяц — «телесно больные» люди. То есть получается, что почти все русское священническое сословие на протяжении многих веков были еретиками-пелагианами и «причастоборцами». А вскрыл эту тайную пагубную ересь, скрывавшуюся более 900 лет в Русской Православной Церкви, молодой московский миссионер, кандидат богословия священник Даниил Сысоев — ревностный обличитель русской литургической традиции!

Церковных обновленцев, космополитов и либералов всех мастей всегда объединяют две вещи. Первое — это ненависть к Синодальному периоду Церкви, а второе — это ненависть к Типикону. К сожалению, в статье свящ. Даниила Сысоева прослеживается все та же тенденция. Пытаясь возразить против многовековой русской церковной практики причащения мирян, о. Даниил не забывает бросить камушек в Синодальный период, забывая слова Премудрого, что «мертвого льва может лягнуть даже осел». Все возражения молодого пастыря сводятся к «беспристрастному» толкованию канонических правил и блестящему цитированию свт. Иоанна Златоуста. Если, конечно, не считать туманных разглагольствований о пелагианстве и принципе определения Предания. Как будто св.отцы Русской Церкви и составители Типикона этого ничего не знали, а о. Даниил знает. Вряд ли о. Даниил открыл тайное знание.

По-видимому, о. Д.Сысоев забывает, что Русская Церковь возникла не со времени его обращения в Православие, крещения и рукоположения, а несколько раньше. В ней сложились свои русские церковные традиции, которые дороги каждому русскому православному человеку. По поводу же слов Златоуста, толкования канонических правил, прп. Никодима Святогорца и колливадов исчерпывающий ответ дан в 16-м номере журнала «Благодатный Огонь», и повторяться нет смысла.

Но что касается Русской Церкви, то ни от каких принципов она не отходила, как пишет отец иерей, по поводу обязательной исповеди перед причащением, в отличие от Восточных Патриархов, а приняла это от Греческой Церкви. Скорее, это Восточные Патриархи отошли от обязательной исповеди, да и не только от этого (например, от юлианского церковного календаря).

И уж совсем безосновательно, повторим это еще раз, обвинять 900‑летнюю практику Церкви Русской в радикальном пелагианстве. На это не решались даже открытые обновленцы, в этом о. Д.Сысоев является пионером. Речь идет не о запрещении причащения, а о регламенте, установленном св. отцами причащения для мирян в многовековой традиции Русского Православия (см. Православный катехизис свт. Филарета Московского).

Что касается духовнической практики, так в обязанности духовника и входит в отношении конкретного человека определить (в соответствии с церковной практикой) частоту причащения, учитывая многие личные факторы, иначе овцы будут окормлять самих себя, а пастырь будет подобен турникету в метро.

Что касается «опытных» священников, зададим вопрос о. Сысоеву: это с какого же времени они набрались опыта, что стали разрушать многовековые церковные традиции? С «перестройки»?

Отметим также, что на Востоке христиане все ежевоскресно не причащаются: видимо, о. Даниил пытается выдать желаемое за действительное.

Что касается цитируемого о. Даниилом принципа всеобщности, постоянства и повсеместности прп. Викентия Лиринского, то это относится к вероопределению и вероучению, а не к практике поместных Церквей, которая всегда разнилась.

Приведя пример ежелитургийного причащения свт. Феофана Затворника и о. Иоанна Кронштадтского, о. Даниил или в упор не хочет видеть их носителями священного сана, или не замечает разницы между священником и мирянином. Что касается слов Златоуста о равенстве всех перед Св. Дарами, то речь идет о принципиальной доступности Св. Тела и Св. Крови Христовых для всех христиан, а отнюдь не о характере служения и частоте причащения.

Ну и, конечно, Типикон. Он как кость в горле всех обновленцев. Сейчас только самый ленивый церковный либерал не пытается принизить его значение, подорвать авторитет, признать устаревшим и ненужным. К сожалению, и о. Д.Сысоев приложился к их собору. Это не Типикон противоречит канонам, а батюшка Даниил не знает их правильного толкования и видит во всем противоречие. А институт говения не исчез, как бы вам, глубокочтимый батюшка, этого ни хотелось. Добросовестные христиане, ведущие духовную жизнь, говеют перед причащением и благоговейно относятся к этому великому таинству.

Прикрываясь словами «живое Богообщение», церковные либералы хотят «протащить» в Церковь некоторую харизматическую свободу, некоторый духовный экспромт. Харизматические дарования первых веков были по причине, во-первых, становления Церкви, а во-вторых, и это главное, высочайшей нравственности первых христиан. С падением нравственности снизилась и харизматичность. Стала происходить некоторая фиксация форм. Евхаристические молитвы не стали произноситься экспромтом, а были конкретно зафиксированы в чине литургии. Было составлено и введено Каноническое право и Типикон.

И эти определенные канонические рамки и правила ни в коем случае не ограничивали живое Богообщение, как пытаются утверждать церковные либералы. Еще в IV веке утверждение, что любовь выше канонов, свт. Иоанн Златоуст называл лукавством. И говорил, что истинная любовь как раз и заключается в соблюдении канонов.

Современные церковные либералы и модернисты пытаются вернуться к раннехристианской харизматической свободе-экспромту без улучшения нравственности, если уже не говорить об ухудшении.

А акривия и икономия всегда применялись в Церкви. К новообращенным и больным жестких требований никогда не предъявлялось. У священника-духовника всегда был выбор, но в определенных границах, определенных святоотеческой традицией и церковной практикой. Священник должен руководствоваться именно канонами и правилами, а не ветром головы своея. Если убрать каноны и правила, то это приведет к разложению Церкви, мутации традиционного Православия.

Церковные либералы и обновленцы постоянно занимаются поиском новых форм литургической жизни, но это связано отнюдь не с живым Богообщением. Как замечательно сказал немецкий психиатр Макс Нордау: «Их истерическое тщеславие ведет к судорожному исканию новых форм».

Слава Богу, что главному редактору журнала «Православная беседа» В.В.  Лебедеву хватило духовной опытности и профессионализма понять всю богословскую несуразность обвинений в «пелагианской ереси» и «причастоборстве» русского духовенства (особенно «поставленного еще во времена СССР») и, публикуя статью о. Даниила, убрать все эти глупые антицерковные пассажи.

Конечно, о. Даниил может оставаться космополитом, это его личная проблема, но он как священник не может пренебрегать мнением своего правящего архиерея, позиция которого в вопросе практики причащения однозначна была выражена на Епархиальных собраниях. Журнал «Благодатный Огонь» всего лишь прокомментировал слова Святейшего Патриарха с учетом многовековой русской православной традиции. Если наш ответ возлюбленному о Господе священнику Даниилу Сысоеву покажется слишком резким, то напомним, что не наш журнал первым затронул эту тему; и пусть о. Даниил вспомнит об истории великого старца Агафона, когда его обвинили в ереси.

Несмотря ни на что, мы очень любим о. Даниила— талантливого миссионера и богослова— и благодарим его за плодотворное десятилетнее сотрудничество с нашим журналом. Прощай, дорогой отец Даниил! Ты написал много прекрасных статей в «Благодатном Огне». Родина тебя никогда не забудет! Сие буди, буди.

Редакция журнала «Благодатный Огонь»