http://blagogon.ru/articles/207/

Забытая книга: «Розыск о раскольнической брынской вере»

Наталья МИХАЙЛОВА


28 октября 1709 года почил о Господе митрополит Ростовский Димитрий (Туптало) и по его завещанию был погребен в Ростовском Яковлевском монастыре. Господу угодно было прославить Своего подвижника, ревнителя и учителя Православия вышеземною славою. Спустя сорок три года, при митрополите Ростовском Арсении (Мацеевиче), 21 сентября 1752 года, при переделке церковного пола на месте погребения Святителя были обретены нетленными его честные мощи. По освидетельствовании и точном удостоверении как в нетленности мощей, так и в чудесах, от них происходивших, Православная Российская Церковь 22 апреля 1757 года причислила митрополита Димитрия к лику святых и празднует память этого чудотворца два раза в год: 28 октября (10 ноября), в день кончины, и 21 сентября (4 октября), в день обретения его мощей. Ныне Спасо-Яковлевский монастырь восстановлен, и богомольцы вновь могут поклониться святым мощам угодника Божия, митрополита и чудотворца Ростовского.

Из трудов святителя Димитрия наиболее замечательны, во-первых, Четии-Минеи, над составлением которых он работал более двадцати лет. Вторым капитальным трудом является «Летопись келейная, или Синопсис», в которой изложены события библейской истории с нравственно-поучительной целью. Святитель Димитрий известен также как борец со старообрядческим расколом. В те времена старообрядцы уже раскололись на множество толков. Много их скитов находилось в Заволжье, по реке Керженец и в Брынских лесах, откуда старообрядческие агитаторы почти беспрепятственно расходились по всей Русской земле и совращали в раскол простых и доверчивых людей, распространяли свое лжеучение, отторгая людей от лона Православной Церкви точно так же, как это делают современные сектанты. В бытность свою митрополитом в Ростове (с 1702 по 1709 год) святитель Димитрий часто объезжал свою епархию, встречался здесь с раскольниками и видел страшные последствия их деятельности для своей паствы.

Предостерегая свою паству от раскольников, святитель Димитрий в одной из своих проповедей в 1706 году говорил: «Птицы бесовские — раскольники, излетевшие от гнезда своего Брынскаго, научили многих бегати Святой Церкви... лжуще и прельщающе простых мужиков и баб и глаголюще: уже ныне церковь не церковь, попы не попы».

Полагая, что «не подобает пастырю сном одержиму быти, когда волки расхищают стадо», он, как пастырь добрый и ревнитель Православия, для укрепления колеблющихся и возвращения на путь истинный заблудших приступил к написанию своего третьего основательного труда под названием «Розыск о раскольниче­ской брынской вере» («розыск»— значит дознание, выяснение обстоятельств; «брынской» — по названию места, откуда приходили раскольники, Брынские леса). Сразу после написания книги сам Святитель разослал ее при окружном послании ко всем духовным властям и к своей пастве. Явив себя в этом своем великом труде глубоким и всесторонним исследователем заблуждений, Святитель раскрыл самый дух раскола, чуждый евангельской истины и любви. Резкий подчас тон обличений вызывался резкостью раскольнических писаний. Но и в этом труде слышится вся глубина и жизненность любви к спасению заблуждающихся. В заключении «Розыска» Святитель молит Господа об обращении отпавших от Церкви на путь истины.

В 1745 году «Розыск» был впервые напечатан и затем многократно переиздавался. Последние издания этой книги вышли в XIX веке в Москве (1855) и в Киеве (1877).

В наше время большая часть трудов святителя Димитрия (Жития святых, «Келейная летопись, или Синопсис») уже переиздана. Что же касается «Розыска о раскольнической брынской вере», то он не только не переиздан, но, судя по всему, эту книгу решено предать полному забвению, чтобы не обижать наших обидчивых старообрядцев. Зато иные церковные и околоцерковные издательства с завидным постоянством издают книги, авторы которых, по выражению раскольников, «подорвали научные основы никонианства», а потому с превеликим удовольствием ими цитируются. В их среде наиболее почитаемый профессор и член Госдумы от партии прогрессистов Н.Ф. Каптерев. Издаются псевдоисторические сочинения современных апологетов старообрядческого раскола М.Данилушкина и Б.Кутузова, поливающих грязью Русскую Православную Церковь. Сами раскольники в издательстве «Церковь» позаботились переиздать сочинение эмигранта С.Зеньковского о расколе, впервые вышедшее в Германии.

Не забывают они и о «Розыске»: в их периодике этот труд святителя Димитрия подвергается постоянному поношению, из него приводятся вырванные из контекста цитаты, чтобы доказать самую распространенную раскольническую ложь — будто бы Святитель непочтительно отзывался о старых обрядах.

Ненависть раскольников к святителю Димитрию вызвана как необоримостью его доводов, так в особенности тем, что он разоблачает еретические воззрения Аввакума. Ненависть доходит до того, что они требуют «деканонизировать» святителя Димитрия, обличавшего раскольников и защищавшего православную веру. Так, в словаре «Старообрядчество» (он вышел в 1996 году в том же издательстве «Церковь», принадлежащем одному из поповских согласий) об этой книге святителя Димитрия написано следующее: «“Розыск” насыщен бранью, клеветой и довольно наивными подлогами». Что имеют в виду авторы словаря под «бранью, клеветой и подлогами», мы поймем чуть позже, а начнем наш обзор с первой главы «Розыска».


Что есть вера?

Святитель Димитрий начинает свой «Розыск», ставя следующие вопросы: «Вера раскольническая есть ли правая вера и есть ли она старая вера?» На оба эти вопроса он отвечает отрицательно. Святитель Димитрий считал раскол плодом того же невежества, что было свойственно и его пастве, но невежества, соединенного у раскольников с упрямством и невиданными хулами на Церковь..

На протяжении всей книги Святитель не устает повторять, что православные люди чают получить спасение и благодать не в вещах зримых и осязаемых, не в древности или новости их, но только в вере непорочной в невидимое плотскими нашими очами. Поскольку раскольники свое расхождение с Церковью обосновывали ревностной приверженностью к видимым и осязаемым вещам — к древним иконам, восьмиконечным крестам, седми просфорам, к старым книгам, к двоеперстию, — Святитель по каждому предмету дал свое изъяснение.

Об иконах: «Мы не разбираем между старыми и новыми иконами, но равно почитаем новые, якоже и старые. И когда кланяемся иконе святой, кланяемся... ни ветхости, ни новости... но на святыню взираем, святыню почитаем и изображению начертанного поклоняемся».

О кресте: «Почитаем же крест не ради количества концов его, но ради воспоминания страдания Господня. Не крест бо, но Христос, на кресте распятый, спасе нас, и не по кресту нарицаемся христиане, но по самому Христу; и не крест нам Бог, но Христос Бог наш. Крест же святый, аще четвероконечный, аще восьмиконечный, аще и множайше концы имеющий равно почитаем».

О просфорах: «А о просфорах глаголем, яко ни в пяти просфорах, ни в седми просфорах совершается Таинство, но в единой, из нея же вземлется Агнец. Дивно убо, почто спор деется в раскольниках о числе просфор. И в первенствующей Церкви, во дни Апостольские, на единой токмо просфоре Литургия совершашася, яко же от Самого Христа Господа на Тайной вечери предадеся. Впоследствии же приложишася к единой и другие, ради воспоминания имен, о них же приносится бескровная жертва».

О книгах: «О книгах же старых и о книгах новых извествуем, яко едино суть, якоже и иконы старые и новые едино суть. Перемена же некиих речей в книгах несть перемена веры: в того же бо Бога и новые книги верить учат, в коего и старые; те же догматы веры и новые книги в себе содержат, кои и старые; и несть никоего противного учения в книгах новых, яко же и в старых. А что некая речения переменили, то не исказили, но исправили. А что раскольщики глаголют, будто святые отцы по старым книгам спаслися, то они от неразумия своего лгут, ибо святые отцы не по книжным наречиям и речам спаслися, но по своему добродетельному житию... Ни по старым бо речениям книжным, ни по новым кто спасается, но по своим добрым делам и вере непорочной».

Ясно, что сказанное Святителем относится и к весьма употребительному странному выражению «о спасительных и благодатных старых обрядах».


Аввакумовщина — еретическое учение о Святой Троице

Теперь скажем о том, что имеют в виду авторы словаря «Старообрядчество», когда обвиняют святителя Димитрия в «довольно наивных подлогах». Поскольку подложными в их словаре названы (без каких-либо обоснований) послания Аввакума к Игнатию (диакону Соловецкого монастыря), а именно в этих посланиях Аввакум изложил свое еретическое учение о Святой Троице, о воплощении Господа и о Сошествии Господа во ад, то, надо думать, разбор именно этого документа в первой части «Розыска» и называется ими «наивным подлогом».

Эти послания Аввакума породили особый раскольнический толк «аввакумовщину», или «онуфриевщину» (по имени основателя секты некоего Онуфрия из беглопоповцев). В конце XVII — в XVIII веке в керженских скитах неподалеку от Брынских лесов велись ожесточенные споры между теми раскольниками, которые в этих посланиях видели ересь, и верными учениками Аввакума. Умерший в 1687 году Игнатий подложность этих посланий не объявил, так же, как и соузник Аввакума, бывший диакон Федор, к коему были написаны письма на эти же темы. Споры велись и в Москве в 1706 году. Но споры шли не о подложности посланий, а об изложенном в них учении. Потому они назывались спорными, а уж по произволу нынешних авторов словаря «Старообрядчество» названы подложными. Теперь, чтобы опровергнуть обличение в ереси объявленного «святым» Аввакума, современные раскольники говорят, что эти послания «подложные», а в «наивных подлогах» обвиняют святителя Димитрия, который раскольнические списки получал из их же рук.

О Святой Троице. В своих посланиях к Игнатию Аввакум писал: «Веруй трисущную Троицу... Несекомую секи по равенству, не бойся, едино существо на три существа тожде и естества... Комуждо особное седение, Отцу и Сыну, и Духу Святому, не спрятався седят три Царя небесные. Христос сидит на особном престоле, равно соцарствуя Святей Троице».

О воплощении Христовом. Чтобы объяснить «особное сидение» Сына Божиего и Христа, Аввакум выдумал и новое учение о воплощении Христовом: «Аз Аввакум, так исповедую и верую, свойство недвижимо, но излияв себе Бог Слово во утробу Девыя, силу существа естественную, сиречь благодать совершенную, припряжена бо к Божию хотению сила, восхотев бо и излияв себе неизреченно, а самое существо отнюдь неотступно. Исповедую во утробе Девыя силу Божества, а не самое Божественное существо поступи от превыспренных, но промысл неизглаголанный. Соступив с небеси силою благодати Своея к нам весь в Пречистую Деву. Тверди: “Весь благостию, а существом весь горе со Отцем бе несекомо”».

Святитель Димитрий, обличая новую ересь, пишет: «Се уже стала у раскольников не Троица, но четверица: Отец и Сын и Святый Дух, а четвертое лице Христос. Глаголет Аввакум, яко Бог Слово излия себе во утробу Девыя, не Себя самого, но силу существа своего естественную... Се злочестивый той учитель исповеданием вредоносной веры своей учит по подобию Нестория, будто бы не сам Сын Божий во утробе девической воплотился, но токмо силу и благодать свою в Ню излия... а Сам Сын Божий будто бы не поступил с небеси на землю. И так по его умствованию стало два Сына: един со Отцем на небеси, а другой во утробе девической воплотился, послан от того Сына, иже со Отцем на небеси. Где слышана таковая вера? Когда была в России таковая вера? Это ли старая вера? Несть ли то ересь пагубная, старой святой вере противная, Богу мерзкая, диаволу же радостна?»

Эти еретические взгляды Аввакума были отвергнуты большей частью старообрядческих толков и согласий, и, если верить словарю, в конце концов их отвергли сам Онуфрий и его ученик Ерофей Андреев. Принято считать, что аввакумовщина в виде особого толка до наших дней не дошла. Однако же следы ее, видимо, сохранились в некоторых беспоповских толках. Так, например, писатель и раскольник неизвестного толка В.Личутин на «круглом столе» в редакции газеты «Завтра» (1998, № 12) выступил в защиту ереси Аввакума и говорил, будто цитируя то спорное послание: «Русь верила сердечно. И Троицу понимали как троих сидящих — Исус Христос, Бог (так в тексте) и Дух Святый — они сидят за бранным столом и вкушают яства... Все трое живых» (так в тексте). «Никонианская же церковь», по словам Личутина, «отказалась объяснить народу каверзный вопрос с Троицей» и заявила, что «надо просто понимать Троицу как живую, единосущую и несекомую» и таким образом «отобрали у народа самую сердцевину радостной веры». Так что мудрования Аввакумовы не забыты, а потому и нам небесполезно с ними ознакомиться по приведенным в «Розыске» документам, тем более что все их списки, наверное, уже давно уничтожены.


Хулы раскольников на святые вещи

Что же авторы словаря имеют в виду под «клеветами» в «Розыске» святителя Димитрия? Вероятнее всего, часть третью, где он рассказывает о «делах раскольнических»: о многотысячных самосожжениях, об уморении голодом, о причащении изюмом и о прочих извращениях, которые и поповцы признают за «тьму заблуждений». Но здесь нет места говорить о них, поэтому скажем о том, за что святитель Димитрий «бранил» выходцев из Брынских лесов.

Тот, кто сам читал сочинение Святителя, понимают, что «бранью» раскольники называют обличения пастыря — обличения, подобные тем, коим и Господь наш Иисус Христос предавал книжников и фарисеев, когда называл их лицемерами, порождениями ехидны и сынами диавола. Святитель Димитрий называет раскольщиков лжеучителями, кривотолками, безумными, буесловами и блядословами (то есть пустословами, см. словарь церковно-славянского языка Г.Дьяченко). Были ли у святителя Димитрия основания употреблять такие резкие слова в отношении (как говорят они про себя сами и как о них пишут журналисты в газетах) «благочестивых и невинногонимых старообрядцев»? Оснований было предостаточно, о чем подробный розыск cвятитель Димитрий делает во второй части своей книги. Он спрашивает: «Несть ли во учении их хулы на святыя вещи?» И далее приводит эти хулы, ссылаясь на подлинные раскольнические сочинения. Вот несколько примеров.

О хуле на честный крест четвероконечный святитель Димитрий пишет так: «Хулят честный крест четвероконечный, нарицающе того крыжем Римским, пустым крестом, сению в Ветхом Завете бывшею креста осмоконечнаго, мерзостию запустения, антихристовым идолом и печатью антихристовою. Каковы их хулы и от писем их здесь да воспомянутся. Аввакум роспопа пишет: “Как так обманул диавол русских людей бедных: явно идут в пагубу; римскую блядь возлюбили — крест четвероконечный, паче истиннаго креста, от трех древ сотвореннаго, от кипариса, и певка, и кедра, да на нем же на четвероконечном пишут распятие Христово. Так и стал крыж польской, выблядок римскаго костела...” Дошел в руки мои некий древний раскольнический свиток, преисполнен лжи, ереси и злочестиваго на Церковь Божию хуления; в том свитке написана хула на четвероконечный крест Христов, нарицающая того кумиром или идолом антихристовым, и мерзостию запустения, стоящею на месте святе, и проклятым древом.

Еще же и в сем посмеяния суть достойны: четвероконечный крест Христов хулят, нарицающе того антихристовою печатию, а четвероконечным крестом знаменаются; убо антихристовою (по их блядословию) печатию знаменуются, и не суть Христиане, но антихристиане. Подобает вам, о раскольщики! четвероконечнаго креста гнушающиися, осмоконечный же любящии, не четвероконечным крестом, но осмоконечным знаменатися, изображающе первее титлу на челе, и протяжение до пупа сотворити, таже на раменах крестную широту, посем подножие навскось на чреве начертати: и тако будете по своей вере истиннии христиане» (с. 465).

О хулении еретическом на треперстное сложение: «Треперстное к знамению крестному сложение [они] нарицают печатию антихристовою. Сице в еретическом злохульном их свитке пишется: “Аще кто знаменает лице свое щепотью, сиречь, тремя персты, той отвержеся Христа, и предается сатане; занеже есть то антихристова печать”. До зде свиток. Итако у них стало две печати антихристовы: одна печать антихристова — крест четвероконечный, другая печать антихристова — треперстное сложение» (с. 485).

«Видех же в списках от писем Аввакумовых написано, яко той лжеучитель двоеперстнаго сложения учай, треперстное же ометаяй, блядословит сице: “Тогда возрыдает Никонианский род не исповедавше чисте Единороднаго, стекшимся дву естествам божества и человечества, нашего ради спасения, но знаменующеся трема персты в три духи нечистыя, суть бо дуси демонстии, яко жабы, исходят на всю вселенную: блажен бдяй и блюдый ризы своя, да не наг обрящется. Ей, отцы и братия моя, треперстная ересь есть нагота душевная и телесная, сохранимся от нея всяким образом”. До зде Аввакумово блядословие» (с. 486).

«Кривотолк, купно и богохульник великий показася быти Аввакум, неправо толкуя словеса, яже во Апокалипсисе, в главе 16, пишутся сице: “Видех из уст змиевых, и из уст звериных, и из уст лживаго пророка, духи три нечистыя яка жабы исходящия” и проч. Он же та словеса кривым своим толком наводит на наше треперстное сложение, акибы мы трема персты знаменаемся в три духи нечистыя, и в три жабы, на вселенную исходящия. Наводя же то, хулит самую Пресвятую Троицу, в Ея же имя мы тремя персты знаменаемся, глаголюще: во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. А он Отца, и Сына, и Святаго Духа, нами призываемаго Бога, нарицает тремя духами нечистыми и тремя жабами. О хулы тяжкия! о хулы богомерзкия! о нечестия богопротивнаго! Кто когда от века слышал таковую хулу на Пресвятую Троицу? никая же ересь, ниже кое нечестие похули тако Пресвятую Троицу, якоже Аввакум богохульник похулил есть. Таковаго учителя имеют себе раскольщики, таковому последствуют, таково их правоверие.

Паки, Свиток раскольнический, треперстное к знамению крестному сложение хуля, начерта руку, три перста сложены имущую; на едином убо персте написа са, на другом та, на третием на, си есть сатана; и подписа, яко то имя есть сквернаго богоборца антихриста, еде он даст на десней руце верующим в онь. И хулит нас правоверных, акибы мы во антихриста, а не в Христа веруем, и акибы антихристово имя на триех перстах носим, и антихристовым акибы именем знаменаемся.

Приличнее им раскольщикам на своем Арменском двоеперстном сложении написати имя демонское: на едином персте де, на другом мон, и тако будет на двух их перстах сидети демон, его же они давно в сердцах своих носят, и того слушают, и егоже духом учими, мудрствуют хульная и ложная на Христову Церковь. Но Бог отмщений, Господь, Бог отмщений, воздаст им по делам их, и по лукавствию их погубит их».

В том же раскольническом Свитке святитель Димитрий прочитал, что будто в большом печатном Требнике на листе 659 написано: «Аще же кто не крестится двома персты, якоже и Христос, да будет проклят». Когда же он взял Требник, чтобы проверить ссылку, то обнаружилась «ложь раскольническая; в печати бо написано: аще кто не крестит; они же приложиша сие, “-ся”, аще кто не крестится. Так они людей простых обманывают лжами своими, прилагающе к писанным не писанная, якоже и то “-ся” приложиша: ино бо есть крестити кого, а ино крестити себе. Помыслити же буди здравым разсуждением сие: крестился ли Христос Господь крестным знамением живущ на земли с человеки? слагал ли как персты Своя ко изображению на Себе крестнаго знамения? было ли прежде страдания Христова творимо знамение крестное в святых, последовавших Христу Апостолах, или в преждебывших Пророках и праотцах?»

О хуле на имя Господне «Иисус». Обращается святитель Димитрий к раскольникам, «хулящим и порочащим Церковь святую за то, что будто бы пременили мы имя Спасителево, вместо Исусъ пишуще Иисусъ, и гнушаются того пресвятого имени Иисусъ». Объясняет, что по-гречески имя Спасителя пишется с двумя гласными, по-разному на разных языках произносимыми: по-латыни — Iесус; по-гречески — Iисус. «От них же Греков и мы Россияне то пресвятое имя писати и глаголати прияхом, купно с верою Греческою православною». По несвойственности русскому языку двоегласия имя это русскими стало произноситься кратко: Исус (ср. Iаков — Яков; Iоаким — Яким и т.п.).

 * * *

Не приверженность к «старым обрядам и книгам», но такие невиданные хулы раскольников на Церковь и святые вещи были причиной их отлучения от Церкви на Большом Московском Соборе в 1667 году. Они же были причиной резких слов святителя Димитрия, закончившего розыск о хулениях такими словами: «И кто не поболит сердцем о досадных хулах на Церковь Божию, от гнилого их ума и уст, аки от адския бездны, исходящих? паче же кто не поболит о самих их заблуждении и погибели, прельщающих и прельщаемых? Церковь бо аки камень высок, посреде моря стояй, и от волн морских выну во дни и в нощи биемый, не повреждается: хульники же, аки волны о камень разбивающиися, без вести бывают» (с. 531).

Не мог такой пастырь, как святитель Димитрий, не поболеть сердцем о прельщающих и прельщаемых, а потому терпеливо разъяснял смысл всех заблуждений, найденных им в тогдашних сочинениях раскольников. Вряд ли современные «брыняне» захотят прочесть изъяснения святителя Димитрия в его «Розыске». Но они могли бы почитать хотя бы доводы старообрядца И.Г.Кабанова-Ксеноса (1819–1882). Этот человек выучил греческий язык и постарался выяснить, в чем правы и в чем неправы старообрядцы. После многолетних изысканий в составленном им «Окружном послании» (1862 год) Ксенос разоблачил многие «невежественные кривотолки и неправославные мудрования беспоповцев, зародившиеся в среде беспоповцев и распространившиеся среди поповцев». Так написано в словаре «Старообрядчество», и можно подумать, что эту фразу они списали у святителя Димитрия. Так получилось, что в середине XIX века старообрядец Ксенос обличал те же самые мудрования раскольников, над обличением коих бился в начале XVIII века святитель Димитрий, а именно:

1) будто спастись можно и без священства;

2) будто «господствующая», то есть Православная Церковь «содержит дух антихристов»;

3) что «новообрядческое написание Иисусъ есть имя нового бога (читай — антихриста), в которого веруют никониане»; 

4) против хулы на четвероконечный крест, будто это печать антихристова;

5) против утверждений, что антихрист пришел, если не чувственно, то духовно, и воцарился.

И что же? Поверили ли Ксеносу раскольники? Нимало. Из-за этого «Окружного послания» поповцы раскололись на «окружников» и «неокружников», а потом, ради достижения единства, было решено и вовсе считать это послание «яко не бывшее». Ксенос же последние 12 лет жизни провел в совершенном уединении. Несмотря на явную для многих старообрядцев правоту сказанного в «Окружном послании», большая часть из них продолжает с гордостью говорить о том, что православных людей они считают еретиками, что новопечатные книги «испорчены» (при этом нарочно, по наущению латинян), многие не прочь и о «духовном антихристе» поговорить, а иные и о «чувственном».

 * * *

Прошло триста лет, но по-прежнему в некоторых раскольнических толках и поныне хулят и порочат Церковь за имя «Иисус», за то, что она «содержит дух антихристов», что почитает четвероконечный крест. Так, например, современный ревностный пропагандист старообрядческого раскола и борец с «никонианством» Б.Кутузов в своих крайне безграмотных сочинениях объясняет, что поменять пятибуквенное имя «Исусъ» на шестибуквенное «Иисусъ» посоветовали царю Алексею Михайловичу заезжие оккультисты. «Не исключена вероятность, да и многое это подтверждает, — пишет Б.Кутузов — что именно в угоду символике оккультизма понадобилось изменить написание имени Мессии, добавив одну букву для достижения искомой шестерки», а от нее уже недалеко и до числа антихриста. Интересно, кто посоветовал безбожным большевикам исправить ошибку царя, отменить «ъ» и тем самым вернуть (по крайней мере, в русских текстах) «спасительную пятибуквенность», а заодно обречь старообрядцев на «четверобуквенность»?

В заключение этого очерка хотелось бы еще раз сказать о том, что «Розыск» святителя Димитрия Ростовского замечателен не только как полемическое сочинение против раскола, но, главное, как источник положительного учения о православной вере, о честном Кресте, о последних временах, — учении, изложенном со свойственной Святителю простотой, ясностью и назидательностью. Тот, кто имел возможность с этой книгой ознакомиться, понимает, что она до сих пор не утратила своей актуальности как по причине ширящейся в наше время пропаганды раскольников, так и ввиду отсутствия противораскольнических сочинений, написанных не светскими историками, но таким умным и добрым пастырем, каковым для всех нас остается приснопамятный чудотворец Ростовский.