http://blagogon.ru/digest/771/

Несколько замечаний о святости царя Николая II

17.07.2018
Владимир Смирнов

 

Предварительно требуются несколько слов о настроениях в нашем обществе. В настоящее время в российском общественно-политическом поле сложилась любопытная конфигурация, определяемая отношением людей к нашей ближайшей истории: я имею в виду советский период и предшествовавший ему распад Российской империи.

Итак, что мы видим? Российское руководство – или, немного обобщая, – современная российская элита в массе своей относится к советскому прошлому резко отрицательно.

Позиция Президента не столь определенная, он иногда допускает всякие оговорки, но общей картины это не меняет. 

При этом отношение элиты к царскому периоду несколько раздваивается, что тоже интересно: с одной стороны, для того, чтобы оттенить зверство большевиков, некоторые делают акцент на хрусте французских булок, упоительных вечерах и высоких темпах промышленного роста (типичным представителем является Н.Михалков); другие, в силу запредельного градуса русофобии, всё прошлое России – что царское, что советское – считают каким-то мерзким недоразумением, от которого интеллигентного человека просто тошнит (например, А.Кох или А.Чубайс). В этом спектре есть, конечно, оттенки и полутона, но, думаю, общая картина понятна;  власть настроена антисоветски.

Среди, так сказать, рядового состава, если отбросить нюансы, мнения разделяются на две части: меньшая часть разделяет мнение элиты, но большинство людей к временам Советского Союза относятся положительно – от сдержанного одобрения до нескрываемого уважения.

Отдельно выделю верующих. В настоящее время отношение к советскому прошлому со стороны руководства Русской Православной Церкви (здесь и далее РПЦ МП) резко отрицательное, что, в общем-то, понятно – советская идеология была официально атеистическая, и во времена Советского Союза церковь проходила по разряду исторических пережитков, опиума для народа и подвергалась гонениям – иногда весьма жестоким, на грани с геноцидом.

Среди верующих отношение не столь однозначное, но бóльшая часть следует в фарватере официального мнения и также придерживается этой точки зрения.

В результате возникла причудливая конфигурация, не лишенная юмористических черт, когда по одну сторону баррикады находятся либерально-фашиствующая интеллигенция, христианские диссиденты и православные ортодоксы. Правда, это такой юмор, от которого не хочется смеяться…

Определенным нервным центром этой сложной картины стала фигура последнего царя Российской империи Николая II, особенно после его прославления и канонизации РПЦ МП в 2000 году. В последнее время тема была дополнительно гальванизирована появлением фильма «Матильда» и сообщением от депутата Н.Поклонской о мироточении бюста.

Попробуем еще раз оценить предреволюционный период с точки зрения верующего человека, а также рассмотреть более детально вопросы относительно канонизации.

К слову: верующий человек отличается от неверующего тем, что он сам, непосредственно, опытным путем знает о существовании живого Бога. Это отличие несущественно для точных наук и техники, ибо все равно, кто считает расход воды или напряжение в стержне; но при анализе исторических событий верующему проще, так как его представление о мире более адекватно и анализ, тем самым, более научен; он учитывает такой важный объективный фактор как Бог.

Одним из распространенных заблуждений у современного интеллигентного человека является уверенность в том, что религия – это удел темного и тупого народа, одурманенного попами; хочется спросить: «А ничего, что верующими были, например, Коперник, Галилей, Ньютон, Кеплер, Фарадей, Планк и даже Эйнштейн?  А еще Менделеев, Пирогов, Павлов, Сикорский, заместитель Королева академик Раушенбах, сталинский маршал Шапошников, авиаконструкторы Поликарпов и Туполев, а также великие Суворов и Ушаков, которые не проиграли ни одной (Карл, ни одной!) битвы».

После чего, соответственно, хочется предложить ребятам выплюнуть ту жвачку, которую активно жевал председатель «Союза воинствующих безбожников» товарищ якобы Емельян Ярославский и внимательнее смотреть на окружающую жизнь; жизнь сложна и не всегда соответствует пропагандистским штампам…

Итак, что представляла собой Российская империя во времена Николая II?

С высоты нашего знания – ситуация была удручающая. Хотя, конечно, были и упоительные вечера, и хруст французской булки, и великолепная живопись, и классическая литература – и много еще чего хорошего; можно почитать, например, пронзительную до слез повесть И.Шмелева «Лето Господне».

И все же, глядя внимательно с высоты нашего знания холодными глазами, мы видим прискорбную картину разложения, в первую очередь – и особенно – среди тогдашней элиты.

Опять же, более выпукло и понятно это разложение выглядит через призму веры; подчеркну еще раз – верующий человек при прочих равных условиях способен анализировать окружающий мир более адекватно, более научно по сравнению, например, с атеистом.

Состояние тогдашней элиты можно описать словом «апостасия», что означает «отступничество», отказ от своего предназначения.  Этот процесс начался в русском обществе примерно с эпохи Петра I и развивался далее с повышающим коэффициентом. Российская империя всегда была неотделима от религиозной идеи служения Богу; эта идея как бы каскадировалась сверху вниз: царь отвечал непосредственно перед Богом; бояре, а позже дворянство служили царю; крестьяне обеспечивали дворянство и бояр; но все вместе были как бы в одной команде, и каждый на своем месте нес посильную ношу. Практически всегда Россия должна была отбиваться от бойких соседей – наших партнеров на современном языке – а война дело затратное; поэтому дворяне воевали, а крестьяне обеспечивали их материальное снабжение. Крепостная зависимость в тех условиях была необходимым и, в общем-то, справедливым решением: одни проливали кровь, другие их кормили.

Постепенно, в силу разных причин, элита стала освобождаться от своего бремени, а крестьяне по-прежнему тянули свою лямку. Это было несправедливо; в частности, одна из причин Пугачевского бунта – недовольство крестьян таким несправедливым положением.

В итоге русское общество распалось на две неравные группы, которые жили параллельными жизнями и порой даже плохо понимали друг друга; элита в той или иной степени гнушалась простым темным и некультурным народом, быдлом; говорила по-французски, часто бывала в Европе, обсуждала литературу и живопись и вела культурную, интеллектуальную жизнь. Именно тогда произошло практически поголовное отпадение русской элиты от православной веры; верить в Бога как какая-то темная крестьянка  стало признаком психической странности и просто каким-то обскурантизмом.

Конечно, это упрощенная схема, были и верующие образованные люди (я упоминал некоторых выше) – но не они определяли общее настроение, modus vivendi.

Все привычно восторгаются русской классической литературой; да, действительно, заметный вклад в мировую культуру и все такое. Но если посмотреть чуть внимательнее на произведения Толстого, Чехова, Тургенева, Гоголя, Лескова, Куприна, Некрасова, Островского и даже Достоевского – они написаны людьми, более или менее далекими от нормальной православной веры; в лучшем случае это несколько умственные и путаные рефлексии у Достоевского, равнодушие у большинства, в худшем случае – туповатые и примитивные антиправославные пассажи у Толстого.  Я не отрицаю писательского таланта у Льва Николаевича – это было бы нелепо; но любовь всего мира он заслужил, несомненно, не из-за «Войны и мира» (которую мало кто из нынешней публики дочитал до конца), а из-за своей диссидентской антиправославной деятельности.

Это примерно как с Андреем Дмитриевичем Сахаровым – он был талантливый физик-атомщик, но весь мир любит его не за это, а за правозащитную деятельность, хотя его выступления и статьи на тему государственности склеены из незамысловатых пропагандистских штампов, надиктованных супругой.

Таким образом, даже лучшие в своем роде и нравственные представители русской интеллигенции были фактически неверующими людьми; что же говорить об остальных…

При этом коренная часть русского народа – крестьяне,– жила очень несладко.  Конечно, понятия «сладко» или «несладко» – относительные, и в любой стране всегда были и будут богатые и бедные. Но в дореволюционной России все же крестьяне жили очень тяжело, и особенно по сравнению с жизнью элиты. В интернете много достаточно детальных исследований на эту тему; но что особенно характерно – это равнодушие элиты к собственному народу при одновременной практической бесполезности своего существования. Характерный пример: в 1907-м году от продажи зерна было получено 431 млн рублей, из них примерно ¾ было потрачено на приобретение предметов роскоши и заграничные поездки – то есть совершенно бездарно для страны (смотри, например, здесь: http://maxpark.com/community/5134/content/2279025).

Я не буду писать про полностью зависимое от западных банков финансовое положение (что сложилось еще при Александре III, отце Николая II), крайне недостаточное и однобокое промышленное развитие (и, как следствие, совершенно неудовлетворительное количество технически образованных людей) и о других подобных аспектах; сейчас в сети много достаточно детальных и аргументированных материалов на эту тему.

Фактом является то, что в начале XX века российская элита выродилась в практически малоэффективную группу с четко выраженными паразитическими признаками; они жили «…под собою не чуя страны…»

Отдельная история – СМИ; в то время средствами массовой информации были в основном газеты, журналы и литература. Что мы видим? Картина печальная – полное доминирование либеральной и левой прессы, постоянно усиливающееся антиправославное и антигосударственное промывание мозгов…

Конечно, основным носителем веры было крестьянство; но основы народной веры подвергались сильной эрозии:  во-первых, из-за низкой образованности, темноты, что делало крестьянскую веру уязвимой от наукообразной пропаганды со стороны СМИ – при том, что элита была практически безбожной; во-вторых, вера ослаблялась народным  ощущением несправедливости бытия.

Характерный в этом отношении штришок – например, известная картина Валентина Серова «Девочка с персиками», написанная в 1887 году; Серов написал ее сразу по возвращению из Италии в подмосковном имении Мамонтова, позировала ему 11-летняя Верочка Мамонтова. Трогательная картина, милый антураж, много умилительных комментариев в интернете от чувствительных дамочек, включая, конечно, гневное обличение мерзких большевиков, растоптавших все светлое своими гулаговскими сапогами.

И я, глядя на картину, тоже начинаю было умиляться: «Италия…персики…Верочка» и слезы подступают к глазам – но потом я вспоминаю, что жизнь этого имения обеспечивали окружающие жители, темные крестьяне, которые кормили Верочку и ее папу и на чьи деньги художники ездили в Италию и припадали к культуре; и начинаю вспоминать, как жили эти русские люди, называемые крестьянами, в своих избах, провонявших потом и вонью и дымом, и как временами жрали лебеду и всякую дрянь, чтобы не сдохнуть с голода – но все же некоторые сдыхали; я вспоминаю это – и слезы умиления как-то усыхают…

Конечно, в русской деревенской жизни было и много хорошего, даже поэтического; конечно, там были не только черные краски; но все же контраст между персиками и квасом, между праздностью и тяжелым трудом резал глаза; это было несправедливо и создавало глухое отчуждение между народом и элитой – и ослабляло народную веру; элита и народ уже не были одной командой…

А что Церковь? – Надо хорошо понимать, что Церковь – это частица общества: болеет общество – болеет и Церковь… Там тоже было все не очень гладко: основная масса священников, тянувшая свою жреческую лямку в деревнях и провинции, была принижена, малограмотна и бедна; среди священства распространялось вольнодумство и неудовлетворенность…

В общем, как пел Виктор Цой: «…Перемен мы ждём, перемен». Все ждали перемен…

Не хочу никого огорчать, но Россия – страна Креста; как бы сейчас это ни казалось странным современным маловерующим соотечественникам, но Москва – это действительно третий Рим, и монах Филофей был прав.

С креста не сходят – с креста снимают; русская элита уклонилась от своего служения, и слепые вожди слепых с самоуверенной глупостью потащили страну в пропасть.

Те, кто указывает на высокие дореволюционные темпы промышленного роста, выхватывают отдельные фрагменты из контекста; конечно, если был один паровоз, а потом сделали второй, то темп роста будет ничего себе – 50%; но если учесть, что наши партнеры уже имеют одни сто пятьдесят шесть, а другие двести тридцать два паровоза, то темпы роста уже выглядят не так эффектно, особенно если учесть, что две трети деталей и сама конструкция наших двух паровозов – куплены у партнеров, и куплены за деньги от продажи зерна. Сейчас эта тема достаточно детально проработана, и в сети много соответствующих материалов,  которые однозначно указывают на то, что в России складывалась экономика с типичными колониальными чертами и под полным внешним финансовым контролем; эти слова немного обидные – но это правда.

Обратимся к канонизации царя Николая II. Сама по себе канонизация и у некоторых верующих людей вызывает сомнения; разберем их.

Во-первых, вполне очевидно, что это было сделано по политическим соображениям как необходимое условие для сближения с Русской Зарубежной Церковью Заграницей (РПЦЗ), которая канонизировала царя и его семью еще в 1981 году. РПЦЗ всегда отличалась резким антисоветизмом, и наша церковь здесь подыграла ей. 

Конечно, важен результат; Господь и зло на доброе устрояет; видимо, пришло время канонизации, и Бог задействовал те механизмы, что были, так сказать, под руками.

РПЦЗ не особо популярна в России, и это рикошетом отразилось на признании царя Николая II святым. 

Зарубежная Церковь напоминает младшую сестру, немного истеричную, эгоистичную и не вполне адекватную по отношению к старшей сестре.  Сейчас это уже все почти в прошлом, но, помню, совсем недавно у меня вызывало недоумение и легкую досаду то, что старшая сестра потакает нелепым капризам младшей сестрички. РПЦЗ немного крикливо требовала от нашей Церкви покаяться за Декларацию митрополита Сергия – и, кажется, добилась своего; что-то такое покаянное было озвучено со стороны РПЦ МП. Но вполне очевидно, что Декларация была вынужденным компромиссным шагом – не затрагивавшим ни одно каноническое правило Церкви. У жрецов, которыми по сути являются священники, своя особая миссия – они обеспечивают, так сказать, мистический контакт верующих с Богом. Жрецы не служат власти – они служат Богу, а с властью взаимодействуют постольку, поскольку это необходимо для их служения.

РПЦЗ, находясь в несоизмеримо более комфортных европейских условиях, высокомерно требовала от нашего священства покаяния за признание Советской власти; но ведь они тоже, проживая, например, в славном городе Нью-Йорк, возглашали на литургии моление о местных властях – то есть о правительстве США. Широко известно, что многие члены правительства, включая американских президентов, входят в действующие масонские ложи; масонство – враг христианства. Так чем лучше масоны США по сравнению с коммунистами СССР? – Ничем, и даже наоборот; но никто не требует покаяния от РПЦЗ за взаимодействие с безбожными американскими властями. Более того, в свое время РПЦЗ поддержала войну США во Вьетнаме, видя в ней борьбу с безбожным коммунизмом; а вот за это уже вполне можно бы и покаяться…

Ладно, война во Вьетнаме; допустим, политическая тупость и детская наивность как-то могут извинить иерархов РПЦЗ. Но как вам такая цитата:

«…Да подаст Он Вам, Вашей стране, Вашему Правительству и воинству здравие, благоденствие и во всем благое поспешение на многая лета».

Это митрополит Анастасий, первоиерарх РПЦЗ, благословляет Адольфа Гитлера и вермахт накануне войны. А вот архиепископ Серафим (Лядэ), в июне 1941 года, после начала войны:

«Карающий меч Божественного правосудия обрушился на советскую власть, на ее приспешников и единомышленников… Настал последний решительный бой. Да благословит Господь новый ратный подвиг всех антибольшевистских бойцов и даст им на врагов победу и одоление. Аминь!»

Если кто не понял: «антибольшевистские бойцы» – это фашисты, а «враги» – это, например, мои оба деда, которые воевали, защищая свою Родину.

То есть РПЦЗ благословляла американцев, выжигавших напалмом вьетнамские деревни вместе с их обитателями, и благословляла фашистов, которые вели войну на истребление с СССР.

Примерно в те же дни, когда архиепископ Серафим благословлял одних «антибольшевистских бойцов» в Германии, капитан Гастелло направил свой горящий бомбардировщик на колонну других таких же бойцов в серой форме возле Минска – он сгорел сам, но сумел убить, сколько смог, врагов, пришедших захватить его Родину.

Я православный христианин, но самоубийца коммунист Гастелло мне неизмеримо ближе, чем православный архиерей Серафим; парадокс…

Заканчивая тему с РПЦЗ – я уверен, что еще будут разбор полетов и работа над ошибками; но будем также помнить, что Зарубежная Церковь сделала очень большое дело – они сохранили практически всю святоотеческую литературу, которую неизбежно уничтожили бы в Советском Союзе.  Правда, библиотечный работник вообразил себя директором школы – и это получилось нелепо; бывает…

Возвращаясь к теме канонизации Николая II и сомнениям относительно его святости. Первое сомнение мы разобрали (политическое влияние РПЦЗ), оно скорее психологическое и никак не отменяет сути. Второе сомнение именно в сути – в чем же состоит святость свергнутого царя?

Мир устроен так, что проигравших не любят. Когда Пилат вывел избитого и оплеванного Христа к иудеям и сказал: «Вот, Царь ваш!», – те зашлись криками от ненависти и унижения: «Возьми, распни его!». Они не хотели побежденного Бога…

Николай II проиграл империю, свой трон и саму жизнь; и мы тоже не хотим проигравшего и униженного святого, и готовы его оплевать и унизить – но не признавать святым. Наша реакция понятна; но здесь важнее понять, что думает на эту тему Бог. Я не сомневаюсь, что там Николай II находится в сонме святых; он прославлен у Бога. Видимым знаком являются многочисленные случаи мироточения икон. Причем эти случаи вполне подробно описаны, и у нас нет основания сомневаться в этих фактах.

Я никогда ранее не слышал о мироточении бюстов, этого нет в православной практике. То, как это было преподнесено Натальей Поклонской, проходит по разряду женской экзальтации и глупости. Не хочу погрешить против истины – возможно, такой факт имел место, жизнь сложна; но есть определенные правила надежной фиксации подобных событий. Здесь же внешне это выглядело, как переписка двух блондинок. По идее, прокурор должна иметь достаточный жизненный опыт и практику проверки различных сведений, особенно во всяких щекотливых ситуациях, чтобы не совершать подобных ляпов; объективно получилось, что она  подыграла той команде, которая дискредитирует святость царя…

Кроме того, известны случаи помощи со стороны Николая II и его семьи; я знаю несколько совершенно убедительных историй от спокойных, уравновешенных людей, не склонных к истерикам и фантазиям. Для меня наиболее поразительным является случай с поэтессой Ниной Карташевой, он есть в сети; также убедителен и опыт писателя Николая Блохина.

С другой стороны, решение комиссии по канонизации несет на себе отпечаток неуверенности: они разделили жизнь царя на два периода – до отречения и после, и решили, что царь достоин святости именно за второй, тобольско-екатеринбургский период, а первый период (то есть все царствование) вывели за скобки.

Это лишний раз показывает, что комиссия сама не вполне понимала смысла святости Николая II, и просто подтягивала задачу под ответ. Если посмотреть внимательнее на то время, то картина станет более понятной.

Спросим себя: был ли Николай II сильным политиком и руководителем? – Для того, кто немного знаком с реалиями того времени, ответ очевиден: нет, Николай II был посредственным руководителем.

Спросим еще: был ли Николай II сильно слабее своих предшественников: Александра III, Александра II, Николая I, Александра I? – Ну, если он и уступал, то только своему отцу, Александру III, да и то еще надо посмотреть…

Дело в том, что любой руководитель, и монарх в том числе, опирается на свое ближайшее окружение, элиту. Это тем более было справедливо по отношению к тогдашней Российской империи; среди элиты было много просто близких родственников Николая; тамошний высший свет очень хорошо знал друг друга, там было просто переплетение дружеских и семейных связей.

Если даже монарх был не семи пядей во лбу, работала сама система: царь был высшим арбитром, а всеми основными текущими делами занималось его окружение.

При рассмотрении того времени мы часто упускаем два очень важных момента: первый – степень деградации русской элиты достигла критического значения; второй – по России был нанесен удар страшной силы. Так, некоторые ставят в пример Николаю II его старшего двоюродного брата, императора Германии Вильгельма II, его ум и хватку – но забывают при этом, что  немецкая монархия также попала под раздачу и потерпела крушение; Вильгельм II, монарх сильной, промышленно развитой Германской империи, отрекся от престола 28-го ноября 1918, примерно через четыре месяца после расстрела Николая II и его семьи.

Даже если бы на месте Николая II – вообразим такой вариант – оказался бы Сталин, то и он, боюсь, ничего не смог бы сделать, так как монарху приходится работать в рамках той системы, которую он возглавляет. Невозможно было сменить всю аристократию, русская монархия физически и идеологически  была не способна реализовать такой вариант. Монархия, в которой элита отвергала Бога и, тем самым, идею самой монархии, фактически была обречена. Это как человек с резко ослабленным иммунитетом; его смерть – вопрос времени; он умрет или от простуды, или от случайной царапины; а уж если выстрелить в спину – то шансов нет…

Поясню примером тезис об ограниченных возможностях любого монарха. Сталин был гениальным руководителем, но и он мог действовать только в рамках, допускавшихся той системой и той элитой. Например, он дважды  должен был уступить своему окружению в вопросе об ограничении власти партийной номенклатуры.

Первый раз это произошло при попытке Сталина провести конституционную реформу в 1936–1937 г.г. с целью отодвинуть партию от ключевых постов. На декабрь 1937 года были запланированы выборы в верховные органы власти на альтернативной основе; в газетах было напечатано, что «…всеобщие, равные, прямые и тайные выборы в СССР будут хлыстом в руках населения против плохо работающих органов власти». Но Сталин недооценил эти самые органы власти: на июньском Пленуме, за полгода до революционных выборов, региональные руководители (секретари обкомов и крайкомов) предъявили по сути ультиматум: до выборов, чтобы обеспечить высокое качество кандидатов, должны быть проведены чистки антисоветских элементов с использованием внесудебных органов власти, так называемых «троек». И Сталин, попытавшись было сманеврировать, в итоге был вынужден согласиться. По стране покатилась кровавая вакханалия. В условиях репрессий было уже не до альтернативных выборов… В итоге в октябре Пленум утвердил безальтернативный принцип «одно место – один кандидат»; Сталин проиграл элите.

Тем не менее, он не отказался от идеи отстранения партийной бюрократии от хозяйственного руководства страной. Вторая попытка была им сделана на XIX съезде партии в октябре 1952 года. Я не буду описывать детали, при желании все можно найти в сети, ограничусь констатацией – на 5 марта 1953 года был запланирован Пленум ЦК по обсуждению практических вопросов реформирования партии, но Сталин до него уже не дожил… Он опять проиграл элите, заплатив на этот раз своей жизнью…

Вернемся к Николаю II. Царь не мог опереться на элиту, ибо это была уже не элита, а либеральный кисель, пораженный метастазами масонства. С другой стороны, те, кто играли против, хорошо понимали значение фигуры царя для скрепления монархии, и поэтому целенаправленно били в эту точку. Против царя велась оголтелая и высоко профессиональная пропаганда. Градус злобы и презрения вокруг него постоянно повышался, элитный бульон подкипал… Опять же, не буду вдаваться в детали, укажу только для примера на один пункт – события 9-го января, «кровавое воскресенье». Сейчас понятно, что это была блестяще подготовленная спецоперация, эффективная и эффектная. Николай II в эти дни жил в загородной резиденции, хотя на него и повесили всех собак; но даже если бы он находился в городе и попытался бы как-то разрулить сложившуюся ситуацию – у него не было шансов. Кто хочет почитать подробности, может сходить по ссылке http://maxpark.com/community/13/content/4972564

Об эффективности этой операции и ее мощном пропагандистском обеспечении можно судить по тому, что до сих пор миф о кровавом Николае, залившем кровью народ 9-го января 1905 года, живет в умах многих даже образованных и неглупых современных людей. А что говорить о том времени…

Николай II был страшно одинок, его били со всех сторон; только с женой и детьми он мог хоть как-то расслабиться; его мать и близкие родственники относились к нему с раздражением и презрением и, по сути забыв о своем долге, требовали от него того же.

Это был его крест – тянуть лямку руководства страной, которая все менее и менее хотела его руководства. Он не мог просто так уйти в отставку, ибо он был помазан на царство и обязан был выполнять Божью волю. Именно через монарха реализуется Божья воля; и горе подданным, когда они забывают об этом.

«…И, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь…»

Подвиг Николая II подобен подвигу тяжело больного человека, который с терпением переносит свои страдания во имя долга. Это высокий градус веры, когда человек  настолько доверяет Богу, что даже страдая, не ропщет, понимая, что в этом есть свой смысл. Господь зрит на сердце человека; очевидно, что Николай II до конца выполнил свой долг перед Богом. А долг его был – быть царем убиваемой и преданной монархии…

Он отрекся от трона, когда все вокруг стали этого требовать: родственники, политики – и даже военные. Фактически все командующие фронтами (за единственным исключением) подписали телеграмму с просьбой/требованием об отречении – и это, не будем забывать, в разгар мировой войны. Отречения хотели и левые и правые; и военные  и штатские; и либералы и монархисты – во имя спасения России, как они его понимали.

Русская монархия не могла существовать без желания народа. Народ хотел перемен и не хотел царя – и царь отошел в сторону. Некоторые обвиняют Николая II в измене присяге – здесь не было измены, монарх не мог в той ситуации заставить подданных выполнять свой долг. Русская монархия не была заточена под массовые репрессии, а иного способа сохранить статус-кво не было.

Венцом крестного пути царя стало его убийство вместе с семьей и слугами. «…Прощай, Россия, встретимся в раю…»

Монархия кончилась, и началась новая жизнь.

Новая жизнь началась кроваво и тяжело. Но ведь и новорожденный ребенок выглядит поначалу непривлекательно: весь красный, в слизи и маминой крови, истошно кричит, тут еще и пуповина с последом… Но проходит время – глядишь, и вырос какой-нибудь Ален Делон…

Примерно так выглядит история Советского Союза, но более детальное обсуждение выходит за рамки заявленной темы.

Итак, суммируя:

– у меня нет сомнения, что царь Николай II прославлен у Бога и находится в сонме святых;

– не имеет особого значения, как вы лично сейчас относитесь к этому факту; пройдет отмеренное вам время, вы умрете – и сами, попав туда, увидите Николая II, его семью и много еще кого – и тогда у вас не будет сомнений;

– подвиг царя – мученический; легче броситься на амбразуру, чем из года в год терпеть унижения, поношения, видеть свою беспомощность перед врагами – и продолжать тянуть лямку царя умирающей империи, который обязан это делать, потому что в этом его долг перед Богом.

Извиняюсь, если не смог достаточно убедительно выразить свою мысль

Спасибо за внимание.

 

Combat

 


Благодатный Огонь


Поддержка сайта «Благодатный Огонь»:
Карта Cбербанка: 6390 0238 9085 1967 80
Яндекс-Деньги: 410012614780266