http://blagogon.ru/digest/1007/

Светлой памяти протоиерея Димитрия Смирнова.
Протоиерей Димитрий Смирнов о деятельности священников Георгия Кочеткова и Александра Борисова

22.10.2020
Протоиерей Димитрий Смирнов (†21.10.2020)

21 октября скончался известный московский протоиерей и выдающийся проповедник Димитрий Смирнов, настоятель храма святителя Митрофана Воронежского на Хуторской и еще семи церквей в Москве и Московской области. Отцу Димитрию было 69 лет. Весной он переболел коронавирусной инфекцией и с тех пор проходил реабилитацию.

Царствие Небесное новопреставленному отцу Димитрию! Вечная память!

15–16 ноября 1994 года по благословению Святейшего Патриарха Алексия II состоялась богословская конференция «Единство Церкви», организованная Московской Духовной академией и Православным Свято-Тихоновским Богословским институтом. Большая часть докладов на конференции касалась реформаторской деятельности двух московских приходов, присвоивших себе наименование «миссионерских» и возглавляемых священниками Георгием Кочетковым и Александром Борисовым.

Представляем читателям доклад на конференции протоиерея Димитрия Смирнова.

В угоду духу века сего 

Доклад на богословской конференции «Единство Церкви» 1994 года

...Перенесемся в нынешнюю столицу. Здесь наблюдаются некоторые тенденции, которые при развитии могут привести к расколу. Я хочу поделиться своими соображениями по поводу процессов, которые происходят в общине московского священника Георгия Кочеткова, а лучше сказать, в «церкви» отца Георгия, ибо у него имеется уже целая сеть общин, о чем и не подозревает, кажется, церковная иерархия. И еще хочу кратко остановиться на том, что происходит в приходе храма Космы и Дамиана, где настоятелем отец Александр Борисов. Дерзаю думать, что я представляю общину числом около полутора тысяч человек. Пусть простит меня отец Георгий, что я слово «община» употребляю в общецерковном понимании, а не в его знаковой системе.

К сожалению, невозможно кратко проанализировать то, что происходит в общинах отца Георгия, но это не значит, что такой анализ не был сделан ранее. Чтобы не было соблазна обвинить меня в голословности, буду опираться на печатные издания. Передо мной сборник материалов, изданный Сретенским братством отца Георгия «Община в Православии». Я отметил там многие места, которые явно свидетельствуют об очень тяжелой тенденции. Кратко ее можно выразить словами самого духовного руководителя братства: «Мы с вами свято уверены, что приходская система в старом смысле себя исчерпала». Я, конечно, и раньше знал о подобных идеях отца Георгия, но не думал, что новая модель уже создана и продолжает расти, причем очень быстро. Существует уже множество общин на огромной территории: в Москве, Петербурге, Мурманске, Екатеринбурге и во многих других местах. Как правило, будущие члены общины проходят тотальную подготовку через систему «оглашения» и «катехизации», и, когда они «дозревают», создается новая община во главе с «пресвитером», который в знак своего пресвитерского достоинства носит наперсный крест установленного образца. Все «пресвитеры» духовно подчинены отцу Георгию, и только он имеет право сказать решающее слово о том, стал ли некий «неполный» член церкви «полным» наконец. Для желающих повысить свой духовный и интеллектуальный уровень существует высшая школа, созданная также на основе новой концепции Церкви. Проходящий ее полный курс становится апологетом идей отца Георгия и может уже сам начать деятельность по «оглашению» и «катехизации», правда, под неусыпным контролем главы «церкви».

Я много раз пытался повлиять на отца Георгия, но он полностью уверен в правильности выбранного пути и не намерен отступать. При этом я прекрасно осознаю всю бесполезность таких попыток, ибо он неспособен слушать не только своих старых друзей, но и признанных церковных авторитетов. Хотя от отца Георгия часто можно слышать, что на свою деятельность он благословлен отцом Всеволодом Шпиллером, что он «ученик» отца Николая Афанасьева. На знамени отца Георгия можно прочесть имена и архимандрита Тавриона (Батозского), и протоиерея Иоанна Мейендорфа, и протопресвитера Александра Шмемана, и протопресвитера Виталия Борового, слава Богу, ныне здравствующего.

Приведем, к примеру, две цитаты, которые отчетливо демонстрируют отношение только двух из этого блистательного ряда. Все эти пастыри сумели бы дать лучшую отповедь спекуляциям на их именах, но и двух свидетельств, я думаю, достаточно. Итак, протоиерей Иоанн Мейендорф. «Заметка о Церкви» («Вестник РХД». № 141. С. 78–82) посвящена статье отца Георгия Кочеткова, напечатанной под псевдонимом С.Т. Богданов.

«Мне кажется необходимым выразить не только некое удивление, но и решительное несогласие с основным выводом статьи. Я не буду останавливаться на неясных выражениях, объясняемых, вероятно, богословской неопытностью автора, а ограничусь главным... Я так решительно не согласен с выводами статьи С.Т. Богданова: принципиальное принятие двух параллельных форм церковного устройства – “синагогально-синаксарную” и “экклисическую” (зачем такие чудовищные неологизмы?). Деление это неприемлемо принципиально, т.к. Церковь – одна, а выделение “синагогально-синаксарного” устройства для особой группы “уже усовершившихся и освятившихся” было бы своеобразным гностическим элитизмом. Формы такого элитизма известны с древности и всегда отвергались “кафолическим” христианством... Но говорить, что “экклисическое” устройство с его догматами, канонами, чинными уставами, апостольской преемственностью иерархии, и т. д. есть как таковое всего лишь “ветхозаветная реальность”, неверно и опасно и даже, с православной точки зрения, чудовищно».

Теперь послушаем, что говорит отцу Георгию протопресвитер Виталий Боровой (выступление на Втором Преображенском Соборе Преображенского братства 17–18 августа 1991 г.):

«Имейте в виду, что очень многие положения, которые здесь были высказаны, вызовут несогласие и возражения и даже, в некотором смысле, обоснованные сомнения и возражения. Я, например, тоже могу разложить по полочкам все ваши предложения, хотя они мне идейно близки, как вы знаете. Но если разложить их по порядку, возникает целый ряд и сомнений, и возражений, и советов... Я скажу так: хотите вы или не хотите, но основой жизни будущей Церкви у нас в силу необходимости, и просто экзистенционально, будет и должен быть приход... Но имейте в виду, что если хотя бы десятую часть из того, о чем мы говорили, вы попробуете осуществить в приходах, то тут же вам всем будет и конец. Потому что в приходах это, к сожалению, неприемлемо, т, к, люди там не подготовлены. Это, может быть, в вашей общине сейчас собрались единомышленники, а если открыть вашу церковь всем и в нее придут люди с разных сторон и увидят то, о чем вы говорили, отец Георгий, то... меня, например, это не будет шокировать, т. к. я понимаю и знаю историю и все прочее, но другие сразу же подадут жалобу Святейшему Патриарху».

Отец Георгий не внял ни одному из ученейших богословов ХХ столетия протоиерею Иоанну Мейендорфу, ни «идейно близкому» протопресвитеру Виталию Боровому. Теперь, я думаю, пришло время сказать о том, как воспринимается его деятельность церковным народом.

Послушай и не обижайся, дорогой отец Георгий. Твои титанические по масштабу и затраченной энергии труды видятся всем, кого я об этом спрашивал, как зловредная деятельность, направленная на подрыв церковных устоев. Воспринимаются, как намеренное создание параллельной церковной структуры для дальнейшего революционного переворота с целью поменять полуторатысячелетнее приходское церковное устройство на какое-то таинственное «синагогально-синаксарное». Выработанная тобою система оглашения приводит неофита не к современной церковной традиции, но к вымышленной тобой «псевдоапостольской», которая так же похожа на первохристианство, как недружеский шарж на самого человека. Твой эксперимент над очень дорогим, что сохранилось в Церковном Предании – имеется в виду богослужение, – воспринимается только как кощунство. Неужели ты думаешь, что то, что Церковь отстояла от большевиков ценой жизни сотен тысяч своих мучеников, она отдаст тебе для революционных вивисекций? Богослужение, на которое ты посягнул, не твое, а наше, и нам больно, когда режут по живому.

Я знаю и свидетельствую, что ты не злонамеренный человек, но как ты по-детски наивен. Ты, не имеющий музыкального слуха, не можешь оценить всю бездарность твоего заплетающегося «внемлем» вместо «вонмем» – так поверь на слово. Среди внешних, неофитов и даже заклятых врагов Церкви Русской ты уже имеешь много сторонников, а авторитета внутри Матери-Церкви для тебя не существует. Даже всеми любимый и благоговейно чтимый старец-исповедник архимандрит Иоанн (Крестьянкин) назван в одном из твоих выступлений «айболитом». Одумайся, покайся. Бог милостив! И не изображай, пожалуйста, из себя непонятого страдальца за истину. Все давно проанализировано и понято. Твое пастырство, которое можно условно назвать интеллектуально-душевной прелестью, уже создало внутри Церкви оппозицию, которая жаждет революционных изменений и судит обо всем и обо всех в Церкви, хотя принадлежит ей по крещению всего лишь год-два. Весь вред твоей деятельности не только в упрямой революционности, не только в опасности появления новой мистической секты из твоих раскачивающихся на богослужении и впадающих в транс неофитов, но в раболепстве перед духом времени, который есть дух князя века сего. Именно поэтому тебя всегда будут защищать и внешние, и враги Христа. Мне хотелось бы довести до твоего сведения вот что: новая духовность, рождающаяся в твоих общинах, воспринимается всей остальной Церковью, как чуждая и враждебная ей по ДУХУ. Ты – молодой священник, не являющийся в Русской Церкви никаким авторитетом, ни как богослов, ни как пастырь. Поэтому твоя деятельность воспринимается как дерзкое самочиние, и на дух не приемлется Церковью.

* * *

Теперь, совсем кратко, об экуменических воззрениях отца Александра Борисова, которые он изложил в своей книге «Побелевшие нивы». Она читается с интересом, и в ней содержится много правильных наблюдений. Но в целом, конечно, она пропитана идеями реформации в самом что ни на есть протестантском духе. Для того чтобы защитить себя от будущей критики, отец Александр почему-то выбирает примитивный прием, известный нам из тяжелого российского коммунистического вчера. Он пишет:

«Духовенство, принадлежащее к другой группе (я тоже себя отношу к этой группе. – о.Д.С.), которую можно условно назвать “правые” (приятно быть правым! – о.Д.С.) характеризуется прежде всего крайне консервативными ортодоксальными (??!! – о.Д.С.) взглядами, в большинстве своем – это люди со средним образованием, хотя в последнее время, некоторые и с высшим (ну точно про меня! – о.Д.С.). В количественном отношении они составляют что-нибудь около пятой части. Эта группа особенно активных ортодоксов (ну хоть бы постеснялся! – о.Д.С.) особенно интересна для нас (интересно, для кого “для нас”? – о.Д.С.), поскольку именно она, в основном, делает погоду в нашей Церкви (о, если бы так! – о.Д.С.), удерживая ее в состоянии крайнего консерватизма. К ним принадлежит большинство монашествующих, и это естественно, т.к. стремятся к монашеству и тем более удерживаются в нем в наших условиях, как правило, все люди крайне консервативной ориентации».

И вот одним из самых главных признаков тех, «кто делает погоду» в Русской Церкви, отец Александр видит... антисемитизм. Все мы прекрасно знаем, что значит в конце ХХ века кого-то обвинить в антисемитизме. Знает это и отец Александр и сознательно идет на эту клевету. По-моему, это политический донос, который, как, наверное, думает отец Александр, защитит его от консерваторов. Но консерваторы не нападают на Вас, отец Александр, а только спрашивают: «Что Вы делаете? Какие Ваши цели?»

Ваша пастырская деятельность, отец Александр, вызывает множество вопросов у ортодоксальных то есть православных, христиан. Почему у Вас в храме распространяется инославная литература? Почему совершаются пятидесятнические радения? Почему детский журнал «С нами Бог», выпускаемый Вами, содержит кощунственные картинки и кроссворды? Почему в Вашем храме работает группа NFP, обучающая вашу паству «безопасному» от рождения детей сексу? Почему, в конце-то концов, Вы пишете, издаете и распространяете в ортодоксальном храме антиправославные книжки? И почему Вы думаете, дорогой отец Александр, что ортодоксальные христиане совершенно равнодушны к тому, что творится в ортодоксальных храмах?

Да, видимо, не случайно на обложке книги отца Александра Борисова оказалась фотография отца Георгия Кочеткова. Хотя масштаб их деятельности разный и направление разное, но перед нами один и тот же психологический тип личности. Тип самочинного революционера-реформатора, имеющего только один авторитет – самого себя. Не случайно они как бы не замечают тех, кто для них сохранил и отстоял Святое Православие – святых мучеников российских. Один смотрит, как ему кажется, в апостольский век, другой – на протестантский и католический Запад. Почему эти молодые священники, – по времени хиротонии они едва достигают пятилетнего возраста, – ринулись от православной духовности «на сторону далече»? Почему не замечают своего, близкого, родного? В силу того что дух времени для них является своим, а дух Церкви Православной таковым не стал. Вот для таковых, молодых (не по возрасту, а по духовному развитию) и существует традиция, церковное Предание, только благоговейно впитав которое, можно воспринять подлинно церковную духовную жизнь. А им не терпится, они уже не юноши, они светски образованы, им некогда. По гордости они считают себя много умнее других, «отсталых консерваторов». Они не хотят приобщиться к духу Предания, им лучше Предание перекроить по своей мерке, согласно духу времени. Им некогда задуматься над тем, что, может быть, в этих «консерваторах» не одна только косность и тупость? Может быть, они тоже живые, добрые, интеллигентные люди? И среди ортодоксов есть не только кандидаты биологии, но и доктора разных замечательных наук. И «эти консерваторы», помимо всего прочего, заботятся о том, как выглядят в глазах простого верующего народа, который и составляет основу Тела Церкви, священники Кочетков и Борисов. И просят их не возмущать церковную жизнь. Пожалеть Матерь-Церковь и народ, составляющий ее. Отказаться от своего реформаторства «во что бы то ни стало и любой ценой». Большевизмом и так пропиталась вся российская действительность. Пожалуйста, давайте хоть жизнь Церкви охраним от него. Хватит революций! А то получается, что вам бы только ваши схемы провести в жизнь, а о том, что будет с Церковью, с народом Божиим, вы не думаете.

В заключение скажу, что идеи, с которыми мы сталкиваемся при изучении деятельности этих двух священников, носятся в воздухе и внушаются князем воздушным. Причем наивно думать, что только эти два пастыря являются носителями новой духовности. Эти идеи уже достаточно распространены в нашей родной Церкви и представляют собой серьезнейшую проблему, с которой еще столкнемся не раз. Если эта тенденция возобладает, то раскол Русской Православной Церкви неизбежен, возможно, уже через 10–15 лет. Если же Русская Церковь не сможет сопротивляться в силу утраты к тому времени духовной силы и раскола не произойдет, то потери будут ужасны. Утратив свое духовное богатство, которое мы унаследовали от наших добропобедных мучеников, Русское Православие разделит участь тех Церквей, которых одолел дух века сего. Оскудеет святостью Церковь Русская, перестанет рождать в недрах своих людей Божиих, и будут возникать одни только «деятели». И поглотится и растворится в бурном духе времени тихий и кроткий дух Христов, и захватит всех дух антихриста. Это, конечно, не значит, что «врата ада одолеют» Церковь, просто виноградник перейдет к другим виноградарям.

Да не будет! Постоим за веру православную!


Свое мнение об о. Георгии Кочеткове и его богословских взглядах и пастырской практике высказал Интернет-сайту «Страна.Ru» настоятель храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Петровском парке протоиерей Димитрий Смирнов

— О. Димитрий, как вы относитесь к богословским взглядам и пастырской практике о. Георгия Кочеткова?

— Я его знаю тридцать лет, мы с ним были приятелями. Из этих тридцати двадцать пять лет я его пытался уговаривать. Но он глух не как кочет, а как глухарь на току! Когда его деятельность стала приносить конкретно ядовитые плоды — я достаточно широкий человек и считаю, что каждый может делать то, что он хочет, — но когда он уже стал действовать как человек, разрушающий и без того находящуюся в тяжелом положении мою Церковь, я решил против него выступить, о чем ему честно заявил прямо в глаза на конференции. Он был очень удивлен, он думал, что я выступлю на его стороне. С какой стати? Из-за бывших приятельских отношений?

— Сторонники о. Георгия Кочеткова говорят о том, что оппоненты приписывают о. Георгию много такого, чего он и не говорил...

— Если вы имели знакомство с его книгами типа Катехизиса или пособия для катехизаторов, вы видели, что они написаны абсолютно лукавым человеком. Он начинает каждую фразу, а в конце дает тысячу отговорок, которые допускают сорок с половиной тысяч толкований каждого слова, и он по своему произволу выбирает то, что ему сейчас нужно. Он знает, что он знает, но он никогда этого открыто не скажет, он всегда будет, как настоящий сектант, отрицать, черное называть не белым, а то черным, то белым. Его очень трудно прижать к стенке. Он раньше вообще ничего не публиковал, поэтому люди не могли ничего ему сказать, они чувствовали, что он другого духа, но придраться было не к чему. Но потом он начал публиковаться, и теперь все зафиксировано. Конечно, это не такое уж страшное учение, он слишком слаб и мало учен, чтобы быть в состоянии создать какое-то еретическое стройное учение. Нет, так, скорее всего, выразилось какое-то психическое заболевание. Ну и судя по тому, какой процент неадекватных людей в его общине — я имею в виду психически неадекватных, — там налицо уже все признаки сектантства. Даже некоторое количество моих прихожан перешли к нему, и это был вполне определенный контингент.

— И от вас уходили?

— Естественно, но и от него приходили в наш приход.

— А что их там держало, что они там находили?

— Его собственную личность.

— То есть вы считаете, что о. Георгий собирает людей вокруг себя?

— Конечно, он приводит людей не ко Христу, а к себе. Он очаровывает — это именно чарование — своими дарованиями. Он людей не приводит ко Христу, у него все гордые, они считают всех дураками, считают, что они знают истину, а остальные все неучи. Только они прошли полную катехизацию и являются христианами. Такое псевдокафарство. Он творит из людей карикатуру на себя. В общине о. Георгия налеплены в огромном количестве карикатуры на него самого, это какое-то духовное клонирование.

Его слепота такая, что он велел даже отдать в Московскую Патриархию пленку с записью издевательств над отцом Михаилом Дубовицким. Психически нормальный человек понимает, что это какое-то чудовищное насилие, что-то жуткое, а кочетковцы это воспринимают как нормальное действие, то есть у них совершенно перевернутое сознание. Никакая полемика с ними совершенно невозможна. Можно сказать, что это вообще не Церковь, потому что кочетковизм вообще не христианство, а вульгарный протестантизм на православной почве. Что бы он там ни говорил, но он — я готов на Библии присягнуть — отрицает существование бесов вообще, причем с молодости. «Это просто определенный образный язык», — говорит он. Это его собственные слова, пусть попробует отпереться. И что же? Он все равно соврет. За такими толстыми очками даже не видно, что у него в глазах. О. Георгий любит повторять: «Церковь больна». Только не говорит диагноз. Так вот, кочетковизм и есть одна из болезней церковного тела.

— Отец Димитрий, как вы считаете, сможет ли о. Георгий оправдаться перед Богословской комиссией?

— Он всегда будет оправдываться, всегда лукавить, призывать, писать письма, говорить, что он гоним и т. д. и т. д. Вставать в позу страдальца и совершать невообразимые глупости, призывать к диалогу, а потом от него уклоняться. Первый раз его от полного разгрома спас я лично. Он задумал поступок, совершенно сумасшедший с точки зрения церковной политики. Когда передали Сретенскому монастырю Владимирский собор, он не хотел пускать туда отца Тихона. Я приехал вечером и убеждал его покинуть храм. Я убеждал четыре часа и убедил, благодаря этому я продлил ему существование. Я еще надеялся, что что-то в нем изменится, еще верил в его адекватность. Но когда я там увидел, что он сидит, как Наполеон на барабане, а к нему с разных сторон приходят гонцы: о нас Би-Би-Си сказало, там-то написали, — тут я понял, что он уже совершенно очумел. После этого, когда мне предложили участвовать в конференции, я сказал: пожалуйста.

(Cтрана.Ru, 17.05.2001)

 Протоиерей Димитрий Смирнов отвечает на вопрос: «Чем и насколько опасно Братство отца Георгия Кочеткова»


Благодатный Огонь


Поддержка сайта «Благодатный Огонь»:
Карта Cбербанка: 5332 0580 7018 9424
ЮMoney (Яндекс-Деньги): 410012614780266