Богородица

Актуальные статьи

Должен ли полковой священник исполнять обязанности военного политрука?

23.01.2023

 


Церковь считает войну неизбежным в этом мире злом, которое часто спасает нас от еще большего зла. На войне православный христиан поднимает меч, чтобы спасти не себя самого, а свой народ, своих ближних, свою веру, свою Родину или просто постоять за правду. Но в воинском деле православные люди уповают не столько на собственную силу, сколько на помощь Божию в справедливой борьбе, и на первый план выходит жертвенность воина: «Нет большей той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15, 13).

Известный военный эксперт и аналитик Владислав Шурыгин, оценивая ситуацию на фронтах специальной военной операции, пишет

«Одной из самых острых проблем Российской армии сегодня является отсутствие полноценных политработников, комиссаров. Война со всей беспощадностью поставила точку в спорах: нужны политруки или нет? Нужны! Причем, нужны так же как боеприпасы и хлеб! Что мы делаем на Украине? За что сражаемся? Кто наш враг? Если для бойцов донбасских корпусов ответы на эти вопросы очевидны уже восемь лет – они сражаются с нацистами, убивающими их родных и близких, разрушающие их города и посёлки, то для мобилизованных российских мужиков, которые оказались на фронте в информационном вакууме, где нет телевизоров, интернета, нет связи с родными, ответы на эти вопросы совсем не очевидны и нужны те, кто, находясь рядом с солдатами, сможет ответить на эти вопросы прямо и ясно. Кто поддержит в трудную минуту, кто просто поговорит по душам. У командира нет на это времени, он руководит боем. И это не капелланы, не психологи, это комиссары! В советское время комиссарами, политруками назначали самых лучших, самых достойных, тех, кто своим примером увлекал людей за собой. Именно о них в своё время писал оберштурмбаннфюрер СС Пауль Шмидт. В своём труде “Восточный фронт” он охарактеризовал роль комиссаров так:

“Хотя в начале войны роль комиссара, возможно, и была неопределенной, со времени Курской битвы он все больше и больше воспринимался бойцами и командирами как опора в борьбе с недальновидными начальниками, бестолковыми бюрократами и духом трусливого пораженчества... В действительности комиссары были политически активные и надежные солдаты, чей общий уровень образования был выше, чем у большинства советских офицеров… Он должен быть в состоянии самостоятельно решать чисто боевые задачи… политрук роты стать командиром роты, комиссар дивизии – командиром дивизии. Чтобы соответствовать такому уровню требований, корпус политработников, естественно, должен состоять из жестких людей, преданных власти, и в первой половине войны эти люди, как правило, составляли главную движущую силу советского сопротивления и твердо следили за тем, чтобы войска сражались до последней капли крови. Они могли быть безжалостными, но в большинстве случаев они не жалели и себя”.

И сегодня именно такие люди нужны нам, чтобы преодолеть те проблемы, с которыми мы столкнулись в ходе СВО. Нужно полноценное восстановление политического института политруков, комиссаров, замкнутых не на вертикаль военного руководства, а подчиняющегося независимому органу военного управления – Государственному комитету обороны, или Военному отделу Администрации Президента. К сожалению, пока нет ни того, ни другого, и институт политработников влачит жалкое существование пятого колеса в телеге боевого управления Армии».

Владислав Шурыгин подчеркивает, что в нынешней Российской армии политработниками-комиссарами ни в коем случае не должны становиться полковые священники, у которых совершенно иная задача: духовно поддерживать перед боем воинов, дабы они не страшились положить живот свой за други своя и за Отечество, утешать духовным словом раненых, молиться за тех, кто вместе с военным батюшкой в одном окопе, молиться за победу нашей армии, проповедовать Слово Божие, ибо, как известно, в окопах не бывает атеистов, отпевать погибших, совершать в полевых военных условиях молебны и другие богослужения…


Но иные православные ревнители зададут вопрос: а почему православные военные священники (т.н. «капелланы») не годятся на роль политруков во время боевых действий?

Ответим так. Воцерковленный православный воин читает, как правило, исключительно духовную литературу и, вследствие этого, живет в своем замкнутом православном информационном пространстве, часто строго детерминированном святыми канонами и цитатами святых отцов (на чтение какой-либо специальной литературы по военной тематике или на просматривания Интернет-ресурсов, освещающих боевые действия СВО, у него просто не хватает времени)[1]. На этом чтении обычно строится вся его философия и мировоззрение, довольно ограниченное для успешного исполнения своего воинского долга. Именно поэтому воцерковленных православных верующих ни в коем случае нельзя назначать на руководящие посты в армейских структурах высшего и среднего уровня. В противном случае мы рискуем, что наша Армия из-за такого ограниченно-«догматического» мышления офицеров высшего командного состава просто перестанет быть боеспособной. То, что весьма уместно и полезно в кадровой подборке в мирное время на гражданских должностях, когда православные верующие сотрудники вносят мир, радость и доброту в социально-профессиональную атмосферу коллектива предприятия, может обернуться военной катастрофой при наличии в руководстве нашей Армии сугубо воцерковленных офицеров. Да, к сожалению это именно так. И будет ли готов такой православный офицер, в решающий для России момент по приказу Верховного Главнокомандующего нажать условную «красную кнопку», чтобы ответным, а возможно и упреждающим ракетно-ядерным ударом уничтожить страну-агрессора, его военные и политические структуры, а вместе с этим и миллионы мирных жителей (сопутствующие жертвы мирного населения – неотъемлемая часть любой военной операции)?

У такого воцерковленного офицера первая мысль, которая возникнет в его православно-начитанной головушке, будет следующей:

«А не согрешу ли я против Господа, выполнив этот приказ? Ведь мой духовник учил меня, что исполнять следует только те приказы, которые не противоречат заповедям Божиим. Ведь от моего поступка погибнут миллионы ни в чем неповинных людей, в том числе женщины и дети! Да и не грех ли это угрожать Западу нашими ракетами, а тем более применять против США и их союзников ядерное оружие? Ведь в результате нашего ответного ядерного удара в США погибнут и православные люди! Да и вообще мирные жители! Да и православные храмы и обители, в которых в свое время подвизались такие светочи Православия как Серафим Роуз, святитель Иоанн Максимович, старец Ефрем Аризонский и другие американские подвижники, превратятся в радиоактивный пепел!»

И с этой антимилитаристской кашей идеологией в голове православный офицер может оказаться у пульта, где принимаются судьбоносные для нашего Отечества решения по защите его безопасности. Хватит ли у него воли и христианской веры выполнить свой воинский долг по защите нашей Родины – России, нажать ту самую условную «красную кнопку»?

В идеале у православного офицера, которому поступит приказ Верховного Главнокомандующего «нажать красную кнопку» для уничтожения центра принятия агрессивных по отношению Российской Федерации решений на территории США, не должна дрогнуть рука! Именно в силу того, что он офицер, а не пацифист-антимилитарист А.Кураев!

Но выполнит ли он свой воинский долг, или в его сознании перевесят соображения, почерпнутые от постоянного чтения аскетической литературы, немалая часть которой предназначена исключительно для монашествующих, а не для мирян, тем более не для воинов во время военных действий? Об этом строго предупреждал еще святитель Игнатий Брянчанинов:

«Старайтесь читать книги святых отцов, соответствующие вашему образу жизни, чтоб вам можно было не только любоваться и наслаждаться чтением отеческих писаний, но чтоб можно было прилагать их к самому делу. Христианин, живущий посреди мира, должен читать сочинения великих святителей, писавших для народа, научающих добродетелям христианским, идущим для тех, которые проводят жизнь среди занятий вещественных...

Изучение добродетелей, не соответствующих образу жизни, производит мечтательность, приводит человека в ложное состояние. Упражнение в добродетелях, не соответствующих образу жизни, делает жизнь бесплодною…

Христианину, живущему посреди мира, не должно читать святых отцов, которые писали для монашествующих. Какая польза от чтения тех добродетелей, которых нельзя исполнить самим делом? Пользы никакой не может быть, а может быть вред, состоящий в том, что в человеке возбудится мечтательность духовного состояния, ему никак не идущего».

Не стоит также забывать, что в настоящее время среди некоторой части православных верующих, находящихся под влиянием публикаций представителей либерального духовенства Русской Православной Церкви, стали распространяться пацифистские и пораженческие настроения. Мол, не надо столько денег выделять на армию и ее перевооружение – лучше на дороги, детсады и больницы, необходимо срочно прекратить СВО, вывести российские войска из Сирии и Украины, вернуть Крым Украине (мол, «не по-христиански забирать чужое»), прекратить в СМИ оголтелую милитаристскую и антизападную пропаганду, отказаться от военных парадов на 9 мая и от «победобесия» (празднования победы в Великой Отечественной войне) и прочие безумные либеральные глаголы.

Необходимо отметить, что любая война это «чрезвычайное время» в жизни любого народа. И в это чрезвычайное время перестают действовать законы новозаветные, и начинают действовать законы ветхозаветные, а Ветхий Завет – это также неотъемлемая часть Священного Писания. Если в мирное время должны превалировать новозаветные заповеди и такие поступки как убийство, самоубийство являются несомненными грехом, то в военное время превалируют уже заповеди ветхозаветные и эти же поступки могут при некоторых боевых обстоятельствах не вменяться в грех (см., например, статью: Является ли самоубийством умерщвление себя на поле боя?).

Воин должен быть готовым не только умирать за други своя, но и готовым убивать. Убивать врага. И не только на поле боя. И здесь сознание воцерковленного современного воина может столкнуться с сомнением относительно исполнения присяги и своего воинского долга перед Родиной: убийство – это грех, так написано во всех катехизисах и так учат батюшки с амвона во всех православных храмах.

Однако церковное сознание принципиально отделяет случай убийства врага на поле брани от всех других видов убийств.

Приведем слово Великого учителя Церкви святителя Иоанна Златоуста:

«Что бывает по воле Божией, то, хотя бы казалось и худым, лучше всего; а что противно и не угодно Богу, то, хотя бы и казалось самым лучшим, хуже и беззаконнее всего. Если кто даже совершит убийство по воле Божией, это убийство лучше всякого человеколюбия; но если кто пощадит и окажет человеколюбие вопреки воле Божией, эта пощада будет преступнее всякого убийства. Дела бывают хорошими и худыми не сами по себе, но по Божию о них определению» (Против иудеев, слово 4).

К убийству на войне существует два канонических подхода. Первый отражен в 13 правиле святого Василия Великого:

«Убиение на брани отцы наши не вменяли за убийство, извиняя, как мнится мне, поборников целомудрия и благочестия. Но, может быть, добро было бы советовати, чтобы они, как имеющие нечистые руки, три года удержалися от приобщения токмо Святых Таин».

В этом правиле святителя Василия Великого не содержится категорического требования, а только рекомендация, адресованная, вероятно, воинам с особо обостренной совестью, которым убийство, совершенное на войне, причиняет душевные страдания. Святитель Василий дает здесь что-то вроде совета три года удерживаться пролившим кровь от причащения.

Насколько снисходительно это правило, можно понять, сравнивая с другими каноническими предписаниями, которыми следовала древняя Церковь. В остальных случаях она не советовала, а предписывала отлучать виновного: за вольное убийство на 20 лет, за аборт на 10 лет, за невольное убийство на 10 лет.

Второй подход отражен в послании святого Афанасия Великаго, архиепископа Александрийскаго, к Аммуну монаху, которое было утверждено как общецерковное учение на VI и VII Вселенских Соборах:

«Не позволительно убивать, но убивать врагов на брани и законно и похвалы достойно. Тако великих почестей сподобляются доблестные в брани, и воздвигаются им столпы, возвещающие превосходные их деяния. Таким образом одно и тоже, смотря по времени, и в некоторых обстоятельствах, не позволительно, а в других обстоятельствах, и благовременно, допускается и позволяется».

В дисциплинарной практике православная Церковь не подвергает прещениям воинов, убивающих на войне, руководствуясь этим правилом свт. Афанасия.

Между этими мнениями свт. Василия Великого и свт. Афанасия Великого нет противоречия, просто святитель Василий считал, что само по себе пролитие крови требует некоего очищения, даже если человек выполнял свой долг перед Церковью и Отчеством.

В Катехизисе свт. Филарета (Дроздова), митрополита Московского, сказано:

«Вопрос: Всякое ли отнятие жизни есть законопреступное убийство?

Ответ: Не есть беззаконное убийство, когда отнимают жизнь по должности, как-то:

1) Когда преступника наказывают смертию по правосудию.

2) Когда убивают неприятеля на войне за Отечество».

Таким образом, апология здорового милитаризма не должна расходиться с совестью современного православного воина, наоборот, она должна сплачивать как отдельного воина и офицера, так и все общество в священном деле защиты нашего земного Отечества. Апология здорового милитаризма является надежной гарантией против капитуляции России перед геополитическим противником – США и НАТО и их пятой колонной внутри страны. Ибо с первых дней специальной военной операции стало очевидным, что мы воюем ни в коей мере не с украинским народом, а с армией НАТО. Страны альянса превратили территорию Украины в полигон, который нагло и беспринципно накачивается вооружениями. По сути, от Украины по ту сторону фронта остались только украинские солдаты в качестве «пушечного мяса», всё остальное – это оружие и военное командование блока НАТО.

А ядерное оружие России – это единственный гарант, что наша Родина будет суверенна во всех смыслах и на ее территориальную целостность не посмеет покуситься никакой враг. Без ядерного щита не смогли бы существовать не только наше Государство, но и Церковь земная, потому что члены ее погибли бы от рук врагов православия или иноплеменников.

Российская армия в рамках спецоперации Z воюет суверенитет и безопасность нашей Родины.

И именно для объяснения этих геополитических истин в нашей армии необходимо срочно восстановить институт военных политруков.

 



[1] Один православный человек, погруженный с утра до ночи в чтение духовной литературы («я читаю только отцов Восточной Церкви»!), пытался на полном серьезе объяснить неудачи российской армии на харьковском направлении цитатами из книги преп. Иосифа Исихаста о том, как правильно творить Иисусову молитву.

 

 Благодатный Огонь

 

 




Голосование за статью

 /  Не понравилась  -  ...

Комментарии:

Добавить комментарий:

Код анонса статьи для вставки в блог или на сайт

показать анонс