http://blagogon.ru/digest/919/

Появление в святцах РПЦ монахини Марии Скобцовой означало бы канонизацию «бердяевско-эсеровской» идеологии и «европравославия», ведущих к разрушению Церкви

16.09.2019
Редакция сайта «Благодатный Огонь»

14 сентября Священный Синод Русской Православной Церкви в Москве на внеочередном заседании по итогам рассмотрения обращения главы «русского экзархата» Константинополя в западной Европе архиепископа Иоанна (Реннето) о выходе Архиепископии западноевропейских приходов[1] из Константинопольского патриархата принял его в юрисдикцию Московского патриархата с титулом «Дубнинский». Также в эту юрисдикцию приняты все желающие того клирики, находящиеся под его руководством, и приходы, которые выразят такое волеизъявление. Управление этими приходами поручено архиепископу Дубнинскому Иоанну.

Как было заявлено в решении Священного Синода, «после получения обращения от собрания представителей приходов Синод РПЦ дополнительно обсудит будущую каноническую форму их организации, исходя из исторически сложившихся особенностей епархиального и приходского управления, а также богослужебных и пастырских традиций “русского экзархата”».

В связи с принятием (возвращением) в юрисдикцию РПЦ МП западноевропейской Архиепископии («русского экзархата» Стамбульской патриархии) возникает вопрос о признании тех канонизаций Архиепископии Константинополя, которые были совершены в прошлые годы, в частности, монахини Марии Скобцовой и близкого к масонской организации YMCA революционера и масона Ильи Фондаминского[2].

* * *

В январе 2004 года Синод Константинопольского (стамбульского) Патриархата канонизировал монахиню Марию Скобцову, которая в конце Второй мировой войны, находясь в фашистском концлагере, добровольно пошла в газовую камеру вместо одной женщины. В неообновленческих кругах и среди церковных либералов также было намерение добиться канонизации м. Марии Скобцовой и в РПЦ, однако, слава Богу, в святцах Русской Православной Церкви ее нет.

Отдавая должное самоотверженной кончине монахини Марии Скобцовой, не будем, однако, забывать, что, находясь в евлогианском расколе с Матерью-Церковью, монахиня Мария, перейдя под омофор Константинополя (Стамбула), связала свою судьбу с Церковью, которая тогда общалась с нашими обновленцами, а ныне усердно сотрудничает с всемирными ревнителями «европравославия». Монахиня Мария, вооруженная идеологией Бердяева, сочиняла весьма сомнительные трактаты («Типы религиозной жизни» и др.), в которых ярко проявляется открытая неприязнь к Православной Церкви, уничижаются традиционное святоотеческое Православие и аскетическая церковная практика. Не расставаясь никогда с папиросой, монахиня Мария воплощала в себе некую «нетрадиционную монашескую ориентацию» в сочетании с эсеровским революционным духом разрушения всех традиций Русской Православной Церкви (впоследствии она отчасти воодушевила неообновленцев на их революционные реформы в одном отдельно взятом приходе: http://www.blagogon.ru/biblio/416/). Митрополит Евлогий (Георгиевский), постригший Е.Скобцову в монашество, позднее замечал, что «ни левых политических симпатий, ни демагогической склонности влиять на людей она в монашестве не изжила» (в молодости она принадлежала к партии эсеров).

Канонизация в 2004 г. монахини Марии Скобцовой – это был очередной недружественный выпад Константинопольской (стамбульской) Патриархии против Русской Православной Церкви, ибо этим актом Константинопольский Патриарх Варфоломей пытался оправдать евлогианский раскол 30-х годов прошлого века и захват Константинопольским Патриархатом, вопреки церковным канонам, русской парижской архиепископии в самый трагический для Русской Церкви период ее истории. Напомним также, что самочинное отделение митрополита Евлогия от Матери-Церкви было осуждено в свое время Русской Православной Церковью как на Родине, так и за границей.

Естественно, что канонизация монахини Марии Скобцовой (одинаково ненавидевшей, судя по ее парижским публикациям, традиции как Зарубежной – «карловацкой», так и Русской Православной Церкви на родине – «так называемой “патриаршей церкви”», как выражалась монахиня Мария), была с восторгом воспринята кочетковцами и другими неообновленцами.

Разговоры о возможной канонизации монахини Марии начались несколько лет назад в околоцерковных и обновленческих изданиях: в парижской «Русской мысли» (творческими усилиями прот. Сергея Гаккеля – борца с т.н. «христианским антисемитизмом» в целом и с «антисемитским потенциалом Евангелия и богослужебных текстов» в частности) и в кочетковском журнале «Православная община» (не забудем, что писания монахини Марии стали основополагающим пособием по катехизации несчастных оглашаемых, попавших в общину отца Георгия Кочеткова).

Журнал «Благодатный Огонь» неоднократно отмечал стремление обновленческих кругов видеть монахиню Марию Скобцову – своеобразное знамя интеллигентской борьбы с «закосневшей в средневековых догматах церковной структурой» – в святцах Русской Церкви и на иконах (вероятно, в клубах табачного дыма, валившего из монашеской келии монахини Марии).

Вот что писал в 2000 году о «творчестве» монахини Марии (Скобцовой) иеромонах Сергий (Рыбко):

«…Человек, вращаясь в миру, не может хранить душевного мира, необходимого для молитвенной жизни. И он не может сказать каких-то вещей о внутренней духовной жизни, поэтому-то все статьи матери Марии – о чем-то внешнем: о социальном положении Церкви, о социальном служении ближним, об истории современного момента, об «ущербности» традиционного православного благочестия. Звучат там и политические мотивы, критика в отношении ушедшей России… Видимо, тут сказалось еще и ее эсеровское прошлое. Понятно, что Императорская Россия не во всем была идеальной, но зачем плевать на Православную Россию и на Церковь в ней, которая была создана и хранилась усилиями многих подвижников, святителей, старцев, монахов, священников!.. Все это мать Мария отрицает, все перечеркивает, говорит, что все это было плохо, что революция и явилась результатом такой жизни Церкви Синодального периода.

Да, Церковь имела ошибки. Но мать Мария почему-то не вспоминает ни отца Иоанна Кронштадтского, ни Оптинских, ни Глинских старцев, ни преподобного Серафима Саровского, ни святителя Феофана, а святителя Игнатия вообще никогда не упоминает, видимо, он не был ей духовно близок. Больше она занята решением каких-то исторических вопросов, социальных проблем.

Нигде в сочинениях этой монахини не поднимаются аскетические вопросы. У матери Марии совсем другое понимание монашества. Вообще-то даже не совсем ясно, как она понимает монашество, потому что говорит то одно, то другое, а в жизни воплощает совсем третье. У нее не святоотеческое понимание монашества, а некое свое, экуменически-западное, очень похожее на католическое. Я уж не говорю о том, что мать Мария курила, что, на мой взгляд, никак не допустимо для православного монаха. Хотя, разумеется, это ее личный грех, она перед Богом даст отчет за него, – но она курила открыто, не стесняясь! Думаю, этим она больше соблазняла мирян, чем назидала.

Мать Мария превозносила роль интеллигенции в жизни Церкви и всегда сетовала, что интеллигенцию в Русской Церкви недооценивали, считала, что именно интеллигенция спасет Церковь. Сама она, видимо, относила себя к этаким монахам-интеллигентам, общалась с разными писателями, с учеными из русской эмиграции...

Монашество матери Марии – прѐлестного свойства. Попав в Европу, увидев, что ее былая эсеровская деятельность не очень востребована, свою энергию она перенесла в Церковь: пыталась указать путь Церкви в России. В ее статье, обращенной к эмиграции, главный мотив был такой: эмиграция – это осколок Русской Церкви, который должен сохранить Церковь и указать путь Церкви в России. И когда большевиков прогонят, Россия обратится к нашему опыту, который мы тут должны воспитать, как в некоей теплице. Она была противником святоотеческого, традиционного православия, церковных правил и канонов. Из статьи матери Марии “Типы религиозной жизни” явствует ее пренебрежительное и язвительное отношение к церковнославянскому языку и вообще к православному богослужению, к Афону и Валааму, к старому календарному стилю в этих древних обителях, что роднит ее с обновленцами...

Из канонизации монахини Марии может последовать смешение понятий не только о монашестве, но и о православной духовности. Что такое святой человек? Это человек, путь жизни которого как бы освящен, это человек, который достиг святости личным подвигом. То есть его духовность, его путь к Богу являются примером для других людей, которые могут и должны последовать таким путем. И поскольку святые принадлежат своей эпохе, своему народу, то каждый век являет своих святых как ответ миру, как ответ нам, православным людям, как нужно спасаться – какими формами, какими путями надо идти к Богу в наших условиях, в наше время. Особенно поэтому ценен для нас путь святых, которые жили в близкое к нам время. И в качестве такой святой, с которой нужно брать пример, нам будет предлагаться мать Мария Скобцова: не надо молиться, не надо в храм ходить. Главное – что-то делать для кого-то, бегать, суетиться! В случае возможной канонизации матери Марии будет канонизирована прелесть...

В целом – монашество матери Марии Скобцовой вещь достаточно сомнительная. В монашеском облике матери Марии отсутствует самое главное – ее молитвенный подвиг. Его просто нет. Как мирянка, она была, может быть, праведной, но ее монашеский постриг, на мой взгляд, только внес сумбур» (http://www.blagogon.ru/articles/208/).

Будем надеяться, что наша Церковь еще «не созрела» для «единодушной» канонизации м. Марии Скобцовой как выразителя разрушительной для Церкви «бердяево-эсеровской идеологии» и «европравославия» и не внесет ее в святцы Русской Православной Церкви, несмотря на формальное принятие в юрисдикцию РПЦ МП западноевропейской Архиепископии («русского экзархата»).

Редакция сайта «Благодатный Огонь»


————————————————————————————

[1] Архиепископия западноевропейских приходов русской традиции была основана в 1921 году, когда временное управление русскими церквями в Западной Европе было поручено Преосвященному архиепископу Евлогию (Георгиевскому) определением святителя Тихона, Патриарха Московского и всея России, Священного Синода и Высшего Церковного Совета.

В силу исторических обстоятельств в 1931 году приходы, возглавляемые митрополитом Евлогием, были приняты на временной основе в юрисдикцию Константинопольского Патриархата в качестве экзархата, при этом митрополит Евлогий подчеркивал, что «это лишь временный перерыв официальных административных сношений» до того времени, «когда восстановится общепризнанная центральная церковная власть и нормальные условия жизни Русской Православной Церкви».

В 1945 году митрополит Евлогий и два его викария обратились к Патриарху Московскому и всея Руси Алексию I с просьбой принять их вместе с их приходами в каноническое единство с Русской Православной Церковью. 7 сентября 1945 года Священный Синод постановил: «Возблагодарив Господа Бога, считать митрополита Евлогия и его викариев – архиепископа Владимира и епископа Иоанна со всеми 75 приходами воссоединенными с Матерью-Церковью и принятыми в юрисдикцию Московской Патриархии и сохранить на будущее время Экзархат западноевропейских церквей в существующих его границах во главе с митрополитом Евлогием как экзархом Московской Патриархии на основаниях, изложенных в соответствующем Положении об управлении этими церквами».

Однако после кончины митрополита Евлогия в 1946 году значительная часть его клира и паствы приняла решение вернуться в состав Константинопольского Патриархата.

В конце ноября 2018 года Стамбульский патриархат принял одностороннее решение о роспуске «русского экзархата» и предложил его духовенству и верующим перейти в подчинение местных греческих архиереев. С этим решением Архиепископия не согласилась и начала обсуждать варианты своего будущего.

В августе 2019 года Московский патриархат официально предложил «русскому экзархату» в Европе присоединиться к РПЦ, сохранив свой устав и традиции. Константинополь же в конце августа исключил из своих рядов главу экзархата архиепископа Иоанна, после чего вопрос о своем будущем в составе Константинополя экзархат посчитал закрытым.

На прошедшем 7 сентября 2019 года в Париже общем собрании большинство приходов западноевропейского экзархата выразили желание перейти под управление РПЦ МП, в то же время по итогам голосования не набралось необходимых по уставу двух третей голосов. После этого в Московском патриархате заявили о готовности принимать общины, желающие к нему перейти, в индивидуальном порядке.

В настоящее время западноевропейская Архиепископия имеет 65 приходов, 11 действующих церквей, два монастыря и семь скитов во Франции, Бельгии, Нидерландах, Великобритании, Германии, Норвегии, Швеции, Дании, Италии и Испании, а ее клир насчитывает более 100 священников и 30 диаконов.

[2] Российский революционер, масон, религиозный деятель Илья Фондаминский родился в еврейской купеческой семье, учился в частной гимназии Креймана в Москве, потом на философских факультетах Берлинского и Гейдельбергского университетов, был революционером-эсером и масоном, активным участником революции 1905 года, пропагандистом, одним из руководителей Московского городского комитета партии социалистов-революционеров, который поднимал рабочих на политическую стачку, приведшую к декабрьскому вооруженному восстанию 1905 года в Москве. Участвовал в организации восстания на крейсере «Память Азова». Был непримиримым врагом монархии. Русский философ Георгий Петрович Федотов писал, что о Фондаминском нельзя говорить, не впадая в агиографию. Он был из безбожных праведников русской интеллигенции. Фондаминский воспринимал русскую интеллигенцию как некоторую почти религиозную общность, главной особенностью которой является способность думать о других больше, чем о себе. В Париже Фондаминский был арестован в числе большой группы примерно из 120 русских масонов. В 1941 в лагере Компьень был крещен в православие. Лагерные дороги привели его в Освенцим. В 2004 году вместе с матерью Марией (Скобцовой), о. Димитрием Клепининым и Ю. Скобцовым канонизирован Константинопольским патриархатом. За какие такие заслуги перед Православием и Господом?


Поддержка сайта «Благодатный Огонь»:
Карта Cбербанка: 5332 0580 7018 9424
ЮMoney (Яндекс-Деньги): 410012614780266