http://blagogon.ru/news/58/
Новости

На каком языке молиться Богу? Мнения священнослужителей о высказывании игумена-реформатора Феогноста (Пушкова)

05.08.2010

Интернет-издание «Правда.ру» опубликовало статью скандальноизвестного священноигумена-обновленца Феогноста (Пушкова) «Молиться Богу нужно на родном языке», где собраны воедино доводы сторонников языковой реформы и богослужения на русском языке.
«Согласны ли вы со словами отца Феогноста? Если нет, то что бы вы ему ответили?» – с такими вопросами 5 августа корреспондент Regions.Ru обратился к священнослужителям.

Протоиерей Сергий Махонин, настоятель храма Сошествия Святаго Духа в пос. Первомайском Нарофоминского района Московской области, директор Московской православной гимназии имени Иоанна Богослова:
«Со словами о. Феогноста я категорически не согласен. Странно слышать от кандидата богословия жалобы на то, что молитвы на церковнославянском приходится в уме переводить на современный русский язык. Это, видимо, проблемы самого о. Феогноста, но не церковного народа. Если богослужебный или евангельский текст читается в храме правильно, т.е. четко, с правильными ударениями и интонацией, то проблем с его восприятием быть не должно. Здесь самое главное, чтобы на эти слова откликнулось сердце. А если оно на них не откликается, то какая разница, на каком языке их читать», – сказал о. Сергий.
«Святые Кирилл и Мефодий стояли у истоков великой культурно-исторической традиции, которая прошла путь от зарождения и становления до своего расцвета. И профанировать эту традицию недопустимо. Ведь она дошла до нас благодаря трудам и преп. Сергия Радонежского, и св. Александра Невского, и преп. Серафима Саровского, и новомучеников уже двадцатого века», – добавил отец Сергий Махонин.

Заместитель председателя синодального отдела Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями игумен Савва (Молчанов) напомнил позицию святителя Феофана (Говорова) по поводу перевода богослужения.
«Я придерживаюсь точки зрения Феофана Затворника, который писал, что если и менять что-то в богослужебном языке, то это должно происходить постепенно, слово за словом – и совершенно естественно. Другой точки зрения для меня быть не может», – заявил он.
«Тем более для понимания церковнославянского языка нужно просто быть внутри церковной культуры, приобщенным к ней. На самом деле там всего несколько десятков непонятных поначалу слов, которые нужно добавить в свой внутренний словарь. Ведь никто не удивляется, что для вхождения, к примеру, в юридическую или военную культуру, ему приходится узнавать и запоминать новые слова и понятия! Почему же мы с церковнославянским языком хотим поступать совсем наоборот?» – поинтересовался игумен.
«Перевести многогранность церковнославянского языка практически невозможно, как и при всяком переводе (это общеизвестный факт) как минимум треть смысла будет утеряна. Не проще ли все-таки войти в эту культуру и следовать благословению святителя Феофана, в то время как с течением времени совершенно естественно будет понемногу меняться церковнославянский язык», – заключил о. Савва.

«Богослужение призвано возвышать, а не принижать человеческое сознание. Поэтому высокий стиль церковнославянского языка не должен поддаваться какому-либо реформированию. Этот язык идеален и Богом дарованный, как говорил еще Ломоносов», – заявил заведующий кафедрой теологии Рязанского государственного университета им. С. Есенина игумен Лука (Степанов).
По словам священника, «в связи с ограниченностью и ущербностью современного человека Церковь не должна отказываться от тех благословенных ступеней, по которым человек восходит в Царство Небесное. Ее задача думать не о том, как изменить язык богослужения, а о том, как можно сделать его ходовым и желанным в проповедях священников, в диалогах молодежи и пастырей».
«Мне глубоко враждебны попытки любого человека, даже священнослужителя, заменить церковнославянский язык современным и примитивным русским языком. Мы должны не уничтожать, а пытаться сохранить и возвысить данный нам нашим Отцом язык богослужения», – заключил отец Лука.

Зав. сектором по взаимодействию с правоохранительными учреждениями Синодального отдела по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами иерей Александр Добродеев также оказался приверженцем церковнославянского языка.
«Я служу уже много лет и могу по собственному опыту сказать, что церковнославянский язык напрямую связан не только с духовным, но и интеллектуальным развитием человека. К примеру, когда в высших учебных заведениях нашей страны убрали латынь как обязательный предмет, уровень успеваемости понизился на 20%. Латинский и церковнославянский языки при их изучении поднимают человека в духовном отношении, у него открывается и сознание, и какое-то особое боговидение», – поделился опытом о. Александр.
«Литургическое общение на церковнославянском языке можно сравнить с глотком чистой родниковой воды. Пепси-кола тоже вкусная, искрящаяся, красивая – но с ключевой водой ее не сравнить. В этом смысле мы являемся хранителями величайшей ценности, и если мы ее утратим, замылим, разольем на маленькие бутылочки ширпотреба, то мы потеряем очень много. Мы сменим натуральный духовный продукт на суррогат, потому что очень плохо ругаться на рынке, болтать о пустяках и молиться на одном и том же языке – это получается какой-то винегрет», – подчеркнул он.

Cвященник Олег Кобец, настоятель Преображенского кафедрального собора г. Белгорода, указал, что тот, кто недостаточно владеет церковнославянским, всегда может воспользоваться переводом.
«Аргумент, что мы предаем дело Кирилла и Мефодия, немного натянут: церковнославянский никогда не был разговорным языком – сравните его хотя бы со "Словом о полку Игореве"», – сказал он.
«…Есть множество песнопений, которые трудно переводимы на современный язык. Вы попробуйте перевести слово "Приснодева" – у вас сразу возникнет ряд ассоциаций, который будет только мешать молиться. В этом удобство церковнославянского – он никогда не вызывает бытовых, будничных ассоциаций», – уверен о. Олег.
«И мне кажется, что уже сам церковнославянский язык несет в себе огромный запас духовности, он сам по себе воздействует на душу – как "Троица" Рублева или "Лунная соната" Бетховена, для понимания которых не нужно быть специалистом в иконописи или музыке. В таких частях богослужения как Евхаристический канон содержится даже не столько информативности, сколько высокой духовной поэзии, воздействующей на человека», – заключил он.

Иерей Валерий Буланников, сотрудник Миссионерского отдела МП, клирик храма свт. Николая в Отрадном, считает, что святые Кирилл и Мефодий все-таки не выступали против идеи сакрального языка как такового.
«Любой язык, на котором человек молится и обращается к Богу, является сакральным. А церковнославянский в качестве языка великой культурной традиции связывает нас со всеми поколениями православно верующих, жившими в разные эпохи. И чтобы церковнославянский стал живым и понятным языком, верующему человеку много времени не потребуется», – сказал он.
«Проблем понимания смысла перевод богослужения на современный русский язык, по-моему, не решит – тем более, что современный язык уже и русским-то назвать трудно. А мне, например, да и многим верующим не все равно, молимся мы о просто хорошей погоде или же о "благорастворении воздухов". Делать богослужебный язык более рациональным и приземленным, лишая его культурного и эстетического богатства, по-моему, не стоит», – заключил отец Валерий.

Не согласен со словами священноигумена Феогноста председатель молодежного отдела Рязанской епархии иеромонах Платон (Воробьев).
«Богослужение не нуждается в реформе, в том числе и в переводе на современный русский язык. Сперва объявляют ненужным церковнославянский, потом – посты, и неизвестно, где остановятся. В свое время Патриарх Пимен перед смертью завещал: "Держитесь церковнославянского языка!"», – сказал он, порекомендовав при этом отцу Феогносту в следующий раз высказывать свое мнение менее категорично.
По словам священника, «церковнославянский язык – это наше богатство, наша культура. Не стоит жить в угоду нынешнему времени».
«Церковнославянский язык вполне понятен. Поэтому если человек действительно верует, то он заинтересуется этим древним языком и начнет заниматься самообразованием, изучая его. Нужно лишь научиться работать над собой постоянно», – заключил отец Платон.

«Псевдодоводами» назвал высказывания священноигумена Феогноста (Пушкова) председатель Союза православных граждан Валентин Лебедев.
«Действительно, спор о языке богослужения и о его переводе на современный русский язык идет уже почти сто лет. Однако все перечисленные доводы несостоятельны. Дело в том, что церковнославянский и русский язык весьма близки, – ну зачем переводить слово "древо"?», – заметил он.
«Попытки реформировать богослужение, в частности, его перевод на современный русский, сделают его несовершенным и искаженным, как это бывало не раз. Очень трудно перевести всю красоту и полноту языка богослужения», – сказал Валентин Лебедев.
По словам главы СПГ, «отказ от церковнославянского языка опасен для всей РПЦ в целом. Поэтому Церковь должна проявить инициативу и начать издавать литературу, которая будет пояснять суть Писания и богослужебных текстов, помогая их полноценному пониманию», – заключил Валентин Владимирович.

REGIONS.RU

От редакции: Статья постоянного автора «Благодатного Огня» Николая Каверина «Церковнославянский язык – это наш язык для беседы с Богом», вызвавшая такое негодование игумена-неообновленца Феогноста (Пушкова), была опубликована в № 19 нашего журнала.



Поддержка сайта «Благодатный Огонь»:
Карта Cбербанка: 5332 0580 7018 9424
Яндекс-Деньги: 410012614780266