Богородица

Актуальные статьи

Кто на Голгофе?

27.10.2019
Нина Павлова (†2015)

Открытые письма о. Александру Борисову (1994 год)
 
Письмо первое
 
Саша! Вот уже который день пишу письмо к Вам. Рву, понимая, что писать бесполезно. И снова пишу: Саша!..

Впрочем, вы теперь не Саша, но отец Александр Борисов. Но время развело нас в ту пору, когда вы еще не были священником, и для меня и иных наших общих друзей вы остались в памяти Сашей – знаменитым дьяконом с Речного вокзала. И не просто дьяконом...

Вспоминаю картинку – летний день, конец службы. И где-то ближе к концу начинается движение народов – хлопают дверцы такси, и из машин и автобусов выпархивают джинсовые мальчики и девочки, впрочем, крепко перешагнувшие за тридцать. У вашей кельи при храме уже очередь. Отчетливо помню эту келью и почти не помню храма. Храм был не главное – не ради же храма ехали на окраину в тридевятую даль. Ехали ради Саши – негласного «старца» московской интеллигенции. Нет-нет, вы никоим образом не претендовали на роль старца. Вы были просто знамениты: вас осаждали просьбами дать совет, и вы советовали. Помню, вы выходите из храма и начинается осада:

– Саша, умоляю принять меня. У меня такое случилось!
– Господи, весь день расписан! Вас устроят пять минут?
– Саша, Таня ради вас приехала в Москву и завтра уезжает. Неужели не примете?
– Хорошо, с одиннадцати вечера я свободен. Устраивает?

Прием иногда затягивался заполночь. И эта высокая жертвенность рождала не только любовь к вам, но и гнев к «ним»: почему любого чинушу в рясе едва ли не сразу после семинарии рукополагают в батюшки, а талантливого Сашу, совесть Москвы, годами держат в черном дьяконском теле? Однажды я спросила у вас напрямую: «Саша, а вас осознанно не рукополагают?» И вы ответили незнакомым мне прежде металлически-властным голосом: «Более, чем осознанно. Красная Патриархия!» Тембр голоса был настолько не вашим, что от неожиданности слетели шоры самоцензуры, и я увидела в вас нечто... ничего я не увидела. Не позволила бы себе увидеть. И разгадка тому простая – вы и ваш ближайший друг-единомышленник о. Александр Мень были для нас новомучениками ХХ века, распятыми на современной Голгофе. Все, что не вмещалось в этот идеал, оскорбляло чувства и отметалось. Вспоминаю эту жизнь – вечная тревога за Вас! Каждый день вашей жизни на свободе воспринимался как чудо, и сигналы «SOS» шли беспрерывно: «у Саши обыск», «батюшку вызвали в Патриархию – готовится погром». И, когда запыхавшийся знакомый внес в мой дом два чемодана рукописей о. Меня, выдохнув с порога, что батюшку забирают, а рукописи последнее, что удалось спасти, я понимала, что отныне моя жизнь принадлежит не мне, но охране бесценного наследия. Я перестала принимать знакомых. Избегала, чтобы не «засветиться», острых выступлений в печати. Я всерьез думала, что если в моем доме, на дай Бог, случится пожар, то сначала надо вытащить из огня рукописи, а маму и ребенка – потом. «Господи, до чего же воспаленная публика – московская интеллигенция», – думаю я задним числом и как бы не про себя...

Дожив до седых волос, я понимаю теперь, Саша, что в наш трагический век Господь даровал вам и о. Александру Меню благополучную жизнь. Было даровано все, что по-житейски зовется счастьем: любимая работа и успех в ней, любовь семьи, любовь друзей, благоустроенный быт и тот достаток, что позволял не экономить на спичках, но отдыхать ежегодно у моря. Да, были трудности, но было и то, чего достигают лишь единицы: вы реализовали свои творческие возможности, похоже, на сто процентов, добившись той прижизненной славы, когда в застойные времена вы шли нарасхват в самых престижных аудиториях, а позже стали кумирами прессы. Для сравнения – Лермонтов при жизни не опубликовал почти ничего. О. Александр Мень писал и публиковал все. Словом, когда вы, Саша, обвиняете в вашей книге православных в «низкой инициативности» и «стремлении быть “как все” (конформизм)», мне кажется, что это обвинение автобиографично. Конечно, я могу ошибаться, но не однажды наблюдала, как деловые люди смотрят на бедолаг, которым и талант Бог дал, и работают всю жизнь до упаду, а все не могут, говоря словами одного Вашего единомышленника, забить гол. Гол забивают командой. А вот тут, действительно, глупо быть, «как все» и надо быть очень инициативным человеком, чтобы выделиться из толпы, создать себе имидж вождя и, сплотив вокруг себя команду, повести ее в атаку на... да что я вам объясняю то, что вы знаете лучше меня? Скажу проще – издать книгу трудно. В годы гонения на Церковь издать православную книгу было невозможно. И вот в те страшные годы, когда талантливейшие наши богословы и писатели не смели мечтать о публикациях и были рады куску хлеба, как возможности писать в стол, деловые мальчики в «фирме» привозили из-за границы прекрасно изданные книги о. Александра Меня, а по «голосам» шли его проповеди. «Чудо!» – шептали мы потрясенно. Разве не чудо? Тогда сажали за меньшее и сидели, кстати, по-разному. Помню, как сидел студент нашего факультета Олежка Воробьев. Взятый с чемоданом литературы, он не назвал ни одного имени, не опознал никого на очной ставке, успев передать по каналу на волю, чтобы ребята не «светились» и не рисковали ради него, привозя передачи в лагерь. Тот, кто имел дело с зоной, знает, что такое сидеть, когда о тебе вещает по голосам международная адвокатура, а в лагерь идет денежно-продуктовый поток, что при низкой зарплате надзирателей, живших, впрочем, безбедно за счет «подношений», согласитесь, облегчало участь страдальца. И что такое отбухать восемь лет на голой койке, а порой и без нее, ибо большую часть срока Олежка провел в карцере. При чем один из них был таков, что сидеть в нем можно было лишь уткнувшись лицом в переполненный нечистотами унитаз. Он вышел из лагеря с отбитыми почками, безнадежно-больным желудком и оказался никому не нужен, ибо упрямо отказывался распродать по «голосам» тот же унитаз как образ Родины. Так и сгинул в безвестность этот рыцарь чести, запомнившись лишь в зоне по необычной кличке «Святой». Но я отвлеклась. Вернусь к тем временам, когда поступала «из-за бугра» очередная прекрасно изданная книжка о. Александра Меня, и стоустая молва твердила: «Чудо! Чудо!» Мы не знали тогда, что за чудом стояла мощная деловая и финансовая поддержка движения по имени экуменизм. Впрочем, в те годы мы, как и нынешние неофиты, были настолько невежественны, что не сумели бы отличить экуменизм от табуретки. Скажу больше – обладая волчьим, прости, Господи, нюхом на политику, мы в то же время свято верили, что в Божьем деле политики нет.

Поверьте, Саша, я пишу все это не для того, чтобы попрекнуть вас за жизнь, прожитую по меркам вашей веры, или посетовать на то, что раз, мол, неким воспаленным людям вздумалось возвести вас в сан новомучеников, то для нашего удовольствия вы могли бы посидеть в тюрьме хоть часок. Зачем? Господь дает каждому то, что нужно, и тайны Божьего домостроительства будут явлены в веках. Меня здесь интересует иная загадка – вот представьте, плывет корабль и подает сигналы «SOS». Корабль между тем непотопляемый и плывет весьма благополучно. Вопрос для любознательных – для кого и зачем подают сигналы бедствия? Впрочем, ответ здесь лежит на поверхности – для команды корабля. Это закон, известный всем опытным лидерам: чтобы сплотить команду вокруг вождя и его идеи, нужна экстремальная ситуация. Тут, как воздух, нужна война и фронтовое противостояние: вот «мы» – вот «они». «Они» нас душат и распинают, а «мы» буквально погибаем в борьбе за идеал. «Они» могут быть «красной Патриархией», «контрреволюционной Патриархией», красно-коричневыми, буромалиновыми – набор слов тут практически безразличен, ибо в зависимости от конъюнктуры он меняется мгновенно. Виноват или не виноват противник – это тоже практически безразлично. Важен сам факт героического противостояния «гонимых» «гонителям» и фронтовое право – изучать противника через прицел артиллерийской гаубицы.

Помню, уже в перестроечное время я расстроилась, прочитав в печати подписанное вами письмо против одного человека из одного монастыря. Имен не называю, ибо, если и был тот человек не безгрешен, то тут наверчено было такое!.. В общем, приехав из этого монастыря, я сгоряча позвонила вам:

– Саша, вы были когда-нибудь в таком-то монастыре?
– Нет.
– Саша, вы знаете такого-то человека?
– Нет.
– Саша, почему вы подписали письмо против него?

Смысл ответа был таков, что вас попросили и Вы подписали, потому что требовалось поддержать в борьбе... все понятно: вы играли за свою команду. А в команде всегда действует закон, который я называю про себя «чужие кошки» и «наша собака». Поясню, о чем речь. В одной прогрессивной команде моей юности был художник, который обрезал когти бездомным кошкам и натаскивал свою породистую собаку Чарли в охоте на них. Зайцев в Москве тогда не водилось, и охота на кошкозайцев увлекала всех: «Ну, что, Чарли, – натаскала зайчатины? Чарли, ату, зайцев гони!» Кошек было не жалко – они были абстракцией. Да что там кошки, когда абстрактной мишенью становился не раз живой человек?

* * *

В наше время мишенью был Патриарх Пимен. Это теперь я благоговею перед его памятью, узнавая детали его биографии. Не удержусь – расскажу об одной. Во время войны полк, где воевал будущий Патриарх, попал в окружение и в такое кольцо огня, где люди были обречены. В полку знали, что среди солдат есть иеромонах и, не боясь уже ничего, кроме смерти, бухнулись в ноги: «Батя, молись. Куда нам идти?» У иеромонаха была потаенно-запрятанная икона Божьей Матери, и теперь под огнем он слезно молился пред Ней. И сжалилась Пречистая над гибнущим воинством – все увидели, как ожила вдруг икона, и Божья Матерь протянула руку, указав путь на прорыв. Полк спасся.

Но все это узнавалось потом. А тогда мы каменели, когда в храме возглашалась молитва за Патриарха, и подчеркнуто не крестились. Когда же вас, Саша, или о. Александра Меня вызывали в Патриархию, играли тревогу по всем фронтам: «Готовится погром – опять вызвали. Передайте всем нашим, чтобы молились». И обмирало бедное сердце. Томительно тянулись часы тревоги, пока не давали отбой: «Слава Богу, пронесло. На этот раз пронесло». Позже стороной узнавалось, что и проносить-то было нечему и, оказывается у Патриархии есть обычай – регулярно вызывать клир на совещания, а на данном совещании наш батюшка как раз удачно сделал доклад и удостоился похвалы...

Не скажу, чтобы мы совсем ничего не видели – самая разнообразная информация поступала в память и потаенно хранилась в ней. И, если на нас сбывалось Евангельское «будут видеть и не увидят», то дело тут, Саша, не в вас, а во мне. Дело в особом состоянии духа, когда душа дичилась молитвы: «Да тихое и безмятежное житие поживем...» Какое там «безмятежное» в застойное время? Мы жили под девизом: «А он, мятежный, просит бури!» Что просили, то получили. Господь был милостив, исполнив молитвы мятежников. Он дал бурю. Дал иным из нас такие личные кораблекрушения, когда, лишь пролив море слез, однажды обнаруживаешь: это особый дар Божий – крушение иллюзий и исцеление ослепленной души...

Так вот, об иллюзиях. Признаться, меня долго утешало сознание, что, конечно, ошибок было много, но кто, согласитесь, не ошибается, идя непроторенно-новым путем? Ох, и тошнехонько мне было от открытия, что даже в праве хотя бы на оригинальную ошибку мне Господом отказано, а мой соперник по части самобытности мысли – говорящий попугай. Словом, готовясь однажды к исповеди и прослеживая корни своей духовной родословной, я открыла то, что духовным людям известно давно: у каждого явления есть свой Предтеча – Иоанн Креститель или другой.

Поясню конкретно. Я занимаюсь сейчас новомучениками двадцатых годов, и мой рабочий стол устелен материалами гонений на Церковь. Ну, а раз уж первоисточники под рукой, то мы могли бы проделать с вами полезную работу, снабдив вашу книгу «Побелевшие нивы» библиографией и указав в сносках, что и откуда заимствовано. Библиография здесь особо необходима, ибо, если оценивать книгу по принятой в науке шкале: оригинальна идея или нет? – то неизбежен вывод: книга представляет собой жанр компиляции идей и разработок живоцерковников 20-х годов или, как их тогда называли, живцов. При вашей школе научной работы в биологии вы щепетильны, я знаю, в привычке делать сноски. Здесь вы сносок не дали. Почему? Хотите, подскажу? Вам страшно, Саша. Не может быть не страшно! Потому что, если и были в истории нашей Церкви периоды, дающие повод говорить о компромиссах, то времена живцов – это время той российской Голгофы, где уже долгие списки казненных ясно обозначают: кто есть кто?

* * *

Вы знаете, Саша, что меня больше всего поражает в той эпохе? Несломленный дух народа. Нам, нынешне-немощным и привычно разводящим руками при виде бедствий народа: «А что мы можем сделать?», это сегодня сложно понять. Тогда знали, что делать. У колоколен круглосуточно дежурили звонари-смертники, готовые на казнь за Христа. И захмелевшие от власти комиссары ничего не боялись, кроме двух слов: «Ударим в набат». При звуках набата, как это было в Смоленске, останавливались фабрики и заводы, и к собору бежали все. Бил пулемет на ступенях собора. И, когда падал звонарь замертво, на колокольню, перекрестившись широким крестом, бежали из толпы безусые мастеровые и седые отцы семейств. Уму непостижимо – не восставали, не убивали пулеметчика, но стояли насмерть и били в набат!

Историю не переделаешь. Но сложно отделаться от мысли, а не могла бы история нашего отечества сложиться иначе, хотя бы менее кроваво, если бы не живцы? Набаты умолкли, когда в храмы под охраной человека с наганом вошли «красные» батюшки-живцы, присягнувшие комиссарам на верность и, что страшнее всего, идейно обосновавшие программу погрома: почему надо выбросить из храмов святые мощи, ликвидировать монастыри, не крестить младенцев и сжечь иконы неугодных святых. (Когда в Оптиной пустыни жгли иконы, из Распятия – есть свидетели – брызнула кровь.) Самое главное у живцов и комиссаров был общий кровный интерес – живцам для захвата власти нужны были свободные вакансии в храмах, пустующие архиерейские кафедры и, желательно, пустой патриарший престол. Комиссарам требовалось того же. Тут-то и начались «расстрельные» процессы, когда как ни откроешь судебное дело, там обязательно обвинитель-живец. Да такой, бывало, словоохотливый вроде Введенского, что уж и судьям его надоело слушать, и расстрел предрешен, а он все не унимается, обличая «контрреволюционеров» в митрах. Впрочем, ненависть у живцов к монашествующим была настолько органически-лютой, что показания против них они давали почти бескорыстно.

Тем не менее, повторяю, набаты прекратились, когда храмы захватили живцы. Одно дело идти на смерть против пулемета, а другое – против батюшки, пускай «красного». Ряса живца обезоружила народ, и сопротивление насилию приняло с той поры, пожалуй, нынешний молчаливо-пассивный характер. Живцы выиграли, захватив большинство храмов в стране. И проиграли на способности народа сопротивляться молча, голосуя ногами – немногие православные храмы были переполнены до духоты, а живцовские храмы пустовали. Живцы остались без паствы, то бишь, без денег.

Кстати, о деньгах. После 1917-го объятия большевикам распахнули две силы – Ватикан и живцы. От объятий Ватикана комиссары уклонились, понимая что иноверцев народ в храмы не пустит. Живцы же были посмекалистей и работали на два фронта, трезво прикинув, что если у комиссаров власть, то у Ватикана – деньги. Не в этом ли разгадка той странной двойственности, когда в программах живцов вчерашних и нынешних всегда присутствует несочетаемое сочетание: самый квасной национал-патриотизм, повенчанный на верность иноземному дяде? Вот тот же ваш, Саша, любимец епископ-живец Антонин (Грановский), которого вы именуете «смелым реформатором», требовал, чтобы богослужение шло на русской мове, но причащал по-католически, не признавал, как и баптисты, крещения младенцев, требовал сломать иконостас как «ненужную перегородку» и т. п. Поверьте, Саша, я не отрицаю за вами права любить «смелого реформатора» – Господь дал каждому свободу воли и право выбора между добром и злом. Но, когда, завершая похвалу смелой реформе по слому «ненужной перегородки», вы обращаетесь к читателю: «Тогда это вызвало насмешки церковных снобов. Но, может быть, это не так уж смешно?» – мне хочется спросить: кто снобы? Круг лиц, противостоявших живцам, достаточно известен. Из них только святейший Патриарх Тихон умер своей, но загадочной смертью. Остальные расстреляны или сгнили в лагерях – не без помощи живцов. А поскольку книга рассчитана явно на неосведомленного читателя, то специально для него даю перевод: «снобы» – это наши новомученики и небесное воинство Святой Руси. В грозный час испытаний, гласит предание, они прийдут на помощь земному отечеству и спасут нас...

Пожалейте все же, Саша, читателя – дайте библиографию, уточняющую, кто есть кто. Не дадите, думаю. У вас все-таки репутация демократа. Каково вам, демократу из демократов, появиться на людях в сообществе ваших единомышленников-живцов, утомлявших разоблачениями «контры» даже неутомимых большевиков! Оборву здесь себя, сказав единоственное: известный гонитель Церкви Е.А. Тучков, отойдя от дел, под конец жизни всегда с уважением говорил о Патриархе Тихоне, а о своих сподвижниках-живцах отзывался неизменно с величайшим презрением...

Думается, не случайно вы широко используете в книге прием экспромта, и живцовская программа в ней изложена в виде свеженайденных в поле ромашек. Там одна «ромашка» – о желательном причащении только Телом Христовым, то есть, по-католически. Здесь другая – о излишне рабском почитании каких-то излишних святых... «ромашки» разбросаны по полю, но внимательный читатель соберет тут полный живцовский букет. Два слова о главной «ромашке» из этого букета – о вашем призыве перейти к практике крещения взрослых, отказавшись от крещения младенцев и «насильственного» причащения их. Тут тоже есть свой первоисточник и клан предтеч.

* * *

Как известно, у Ленина, Хрущева и Ко были свои тайные консультанты и разработчики программы уничтожения Православия в стране. При Хрущеве некий тайный консультант, оглядев наш епископат и увидев, что это все люди преклонного возраста, предложил гениально-простой план по уничтожению Православия: запретить рукополагать во епископы. Хрущев запретил и пообещал публично скорое всеобщее безбожие в стране. Ибо в руках у епископа ключи ко всем Таинствам, а не будет епископов – некому будет рукополагать священников, некому крестить детей и т. п. Ставка была сделана на физическое вымирание поколения верующих бабушек и на то, что дети – белый лист бумаги, куда тайные консультанты могут вписать нужные им слова. Ленинские тайные консультанты, снабдившие нашу государственность каббалистической символикой, сделали ставку на это же, то-есть на отлучение от Церкви детей. В Уголовное право была введена статья, карающая за религиозное воспитание детей. Крещение ребенка уже в наши дни было делом опасным: в регистрационные книги вносились паспортные данные обоих родителей, по которым тебя потом опознавали в органах, и одна моя знакомая учительница лишилась куска хлеба, покрестив сынишку. В общем, глядя на первое поколение послереволюционных расцерковленных детей Оптинский старец Нектарий сказал: «Погодите, не то еще будет. Вырастут такие собачата и волчата!..» Они выросли.

Мы выросли с собачье-волчьим нигилизмом в душе, внешне прикрытым гуманитарным образованием. Ах, да, Саша, вы же делаете ставку на катехизацию населения. И это, пожалуй, самый сильный конек «думающих», как вы называете, батюшек – тут работа кипит. И даже в застойное время вами и о. Александром Менем была создана разветвленная сеть подпольных школ и кружков по катехизации. К сожалению, я прошла эту школу. А поскольку обучение в ней построено на особых приемах, мне хотелось бы рассказать об этом особо...


Письмо второе

Вы знаете, Саша, что меня больше всего потрясло в спецвыпуске «Русского вестника» (№ 32–35), посвященном о. Георгию Кочеткову, его общинам и Вам? Нет, не ваши откровения о Православии, о которых стыдно говорить. Это боль старая и тут переболело. Меня буквально потрясли опубликованные тут же монологи духовных младенцев из кочетковских общин – и стало дурно от возвращения в прошлое: Господи, да это же мы! Мне казалось, что раз мы расплатились страданиями за путь в Православие, прошлое не повторится. Повторяется. При чем так уныло-однообразно, будто время остановилось в развитии. Правда, у нас не было нумерованных общин – были просто домашние кружки-общинки, построенные по типу команд, а в принципе было все то же и занимались мы тем же. Как бы поточнее определить духовную атмосферу таких общино-команд? Девизом к ней я бы поставила слова св. Исаака Сирского: «Дерзость – мать невежества». Впрочем, скажу четче: закон духовной жизни гласит – в чем осуждаешь, в том и согрешаешь. Помню письмо диссидента тех лет, уехавшего за рубеж не ради шмоток и примкнувшего там к диссидентской элите: «Это ужас! – писал он оттуда. – Это те же “гэбэшники”, только сменившие знак “плюс” на “минус”». В общем, как вы, Саша, осуждая «красную Патриархию», оказались в обществе «красных» живцов, так и мы, презирая «коммуняк» и разных там красно-коричневых, не подозревали, что разница лежит лишь на внешнем плане. Внешне, да, – две большие разницы. Например, комсомольцы, зачитав доклад тов. Коммунякина, спрашивали: «Товарищи, кто хочет выступить?» Мы же, зачитав Евангелие, говорили: «Братья, кто хочет высказаться?» Как и в комсомольцах, в нас отсутствовало благоговение перед тайной Мироздания, и мы сразу начинали с трактовки его. Иоаннов Златоустов среди нас, естественно, не было и, начиная с самодельного богословия, мы так трактовали, что гром и экстаз! После самодельного богословия шли самодельные молитвы «по вдохновению». Экстазировали -у-уу! Нет, мы учились. Но, поскольку грамотных богословов на всю эту домашнюю самодеятельность не напасешься, то нашими учителями были Кутейкин и Цыфиркин из бессмертной комедии «Недоросль» – замечательные, честно, ребята. Мы их считали львами богословия, поскольку они опережали нас на пару прочитанных книг.

Однажды я пригласила на наш интеллектуальный пир знакомую православную татарку. Татарка оказалась человеком грубым: «Вы что – с дуба рухнули? Ну, МХАТ на дому! Рви когти, ребята, из этого МХАТа – огородами и вперед». Татарку из нашей жизни мы, естественно, вычеркнули, интересуясь ею лишь в ракурсе: «Она не донесет?» Насчет этого у нас было строго, как строго и у нынешних. И когда Сергей Смирнов из кочетковской седьмой общины говорит, что один из членов общины «начал бунтовать» против самодельных молитв, я понимаю, что это серьезно. Да, господа, это бунт!

И вот, едва научившись креститься (потом пришлось переучиваться), мы, «думающие» чада «думающих» батюшек, пришли в храм, заранее зная, что батюшки тут «серые», Патриархия «красная», а само православное богослужение настолько поотстало от стран мирового содружества, что кому, как не нам, «думающим», подтянуть эту отсталость до нашего передового уровня? А поскольку уровень у нас известный, то и оставалась на нашу передовую долю одна утеха – исполнять, что внушат. Внушат, что с амвона надо возглашать: «Дуже-дуже мыром Господу помолымся!» – будем бороться за «дуже-дуже». Внушат, что вместо ектении «о благорастворении воздухов и изобилии плодов земных» надо просить хорошей погоды и хорошего урожая, будем бороться за хороший урожай. Ломать – не строить, и, пока мы чужды Православию, нам чужого не жаль. Вот послушайте, что говорит семимесячный духовный младенец из Твери Лидия Санурина – она и ее единомышленники из группы о. Георгия Кочеткова уже вот как семь месяцев пришли в храм. Пришли с самыми добрыми намерениями – поучить уму-разуму батюшек и подтянуть, наконец-то, богослужение до собственного высокого уровня. Однако, цитирую, «общего языка, особенно в том, что касается богослужения, мы с ними (с батюшками. – Н. П.) найти пока не можем». Монолог кончается страшно: «У нас нет храма, куда можно пойти».

Это очень страшно. На языке социальной психологии, бывшей некогда моей профессией, это называется табуированным восприятием на основе кодовых установок. То есть, есть храм – и нет храма, потому что православный храм «не храм». Нигилизм тут первичен и заложен в подсознание настолько, что приведи такого человека на дивное богослужение в дивный храм, он будет изучать это диво, как говорится, через прицел нагана. Обратите внимание на примету всех переворотов – люди тут обязательно сбиваются в толпы, партии, группы, ибо групповое внушение на уровне подсознания – это такая страшная штука, что в экспериментах по групповому внушению мы в свое время элементарно убеждали человека, что белое – это серое, а сладкое – это соль...

Оговорюсь сразу, чтобы не быть понятой в том смысле, что вот, мол, некие люди ставят в общинах эксперименты, кодируя сознание и т. п. Ничего подобного! Все проще, тоньше, интеллигентней. В общино-команде свой микроклимат – говорят-говорят и вскользь напоминают: нормальные люди туда не ходят, порядочные люди за это руки не подают. И дело даже не в словечках, но глубже – ты в принципе волен идти, куда хочешь, а фактически выхода нет. То есть, пожалуйста, иди куда хочешь – тебя даже не попрекнут. Но, если ты переступишь незримую черту, ты однажды обнаружишь: тебе перестали звонить, а бывшие друзья при встрече на улице юрко сворачивают в сторону или юлят глазами: «Извини. Я спешу». Однажды ты почувствуешь, что в этом холодном и жестком мире ты потерял нечто важное – человеческое тепло. А команда умеет согреть плечами. Команда боеспособна. И, когда ты заболеешь, примчится на такси Саша с командой. Они сунут тебе, рассыпав, кулек мандаринов, и будут шутки, гитара и смех. А потом, посерьезнев, они встанут над тобою и вознесут самоцветные молитвы о здравии. Исцелений, конечно, при этом не бывает. Но какая радость, когда тепло!..

Человеку из команды есть что терять. Даже когда терять нечего, ибо, даже покинув команду, ты живешь у нее в духовном плену. Расскажу историю. Позвонила как-то знакомой, окормлявшейся в свое время у о. Александра Меня, узнав, что случилась беда: заболел ребенок – то ли шизофрения, то ли, судя по признакам, беснование. – «Слушай, – говорю, – а ты не пробовала пойти с ним в храм и причастить?» – «А куда мне пойти и к кому? К этим серым бездарям, душившим батюшку? Да они до сих пор не признали его!» И плачет навзрыд – пойти некуда, и это в стозвонной ныне Москве: «Ты хоть, надеюсь, меня понимаешь?» Понимаю. Отойдя от «думающих», я долго искала себе духовного отца и нашла, наконец, идеал. А любимый батюшка от меня отказался: «Вы не Богу молитесь, Нина, а мне. Почему? Непонятно». Что ж тут непонятного? Это в Евангелии ученики идут за Господом. А в команде идут за вождем: живым или мертвым или следующим. Это вбито уже в подсознание – затаилось в душе и живет. В общем, когда я неосторожно посоветовала знакомой съездить в монастырь к прозорливому старцу, известному даром помощи болящим, то... опускаю ответ. В определенных кругах «думающих» экуменистов ненависть у «думающих» к монастырям стойкая. А поскольку большинство «думающих» чад видело монахов только издали да и вы, Саша, по моим наблюдениям, в монастыри как-то не вхожи, то, согласитесь, что эта тема достойна исследования. К примеру, когда живцы 20-х годов выдвинули лозунг: «Свергнуть власть черного духовенства!» – они понимали, за что борются: за архиерейские кафедры, за патриарший престол, ибо им, женатым, разведенным и двоебрачным, путь наверх был заказан, пока действовало каноническое право, дозволяющее возводить в высший сан лишь монахов. А поскольку среди живцов были не в диковинку женатые монахи и даже женатые архиепископы, то их сама по себе органическая ненависть к монашеству имела четкий практический смысл – чтоб пожить всласть да захватить власть. Ну, а нынче что – борьба за власть? Да нет, ведь уж чада-то «думающих» батюшек на архиерейские кафедры не претендуют. (Или претендуют? Вспомнилась фраза о. Георгия Кочеткова: «В каждой общине, в принципе, может быть священнослужитель... и Архиепископ – пожалуйста». Интересно, женатый или нет?). И все же скажу, что думаю – народ вокруг батюшек-реформаторов подбирается в основном хороший и готовый лечь костьми за «святое дело». Человек с дрянцой на это не пойдет. В том-то и печаль, что враг рода человеческого уловляет лучших, и слепнет отравленная злобой душа. Я прошла через ненависть к монашеству. И, когда случайно попала впервые в монастырь, то наглой-пренаглой тварью подошла к первому же иеромонаху, чтобы надменно заявить: «А знаете, я случайно попала сюда». – «Запомните, ничего случайного не бывает», – тихо ответил он. Это был мой будущий духовник, с которым годы спустя я случайно встретилась совсем в ином месте...

Так в чем же корни бессознательной ненависти? Главное тут, разумеется, причины духовные...

Преступив поневоле порог деликатности, давайте, Саша, расшифруем текст Вашей книги. Все в ней на подтексте, но подтекст очевидный и сострадательный к юной душе: поможем, мол, милый, и разберемся в твоей непонятной тебе беде. Божью Матерь любишь? Давай разберемся. Вот вырос ты, сам говоришь, без отца. Значит, маму любишь? Давай-ка вспомним, а ты ее видел однажды во сне, ну, в этаком виде? То-есть, как не помнишь? Давай вспоминай, а я подскажу. Метод работы тут наипростейший – расщекотать воображение, вызвать грязный помысел и закрепить, с торжеством объявляя диагноз болезни, эдипов комплекс: да ты ж вожделеешь!.. И догадайся, милый, к кому!

Разумеется, в тексте этого нету. Есть всего лишь диагноз-намек: «Не будет большой натяжкой усмотреть параллель между инфантилизмом детей, выросших без отцов, с... особенным почитанием Богородицы» (стр. 109). Вокруг да около много накручено – тут напрямую ведь страшно сказать. Мне тоже страшно. Но ради Пречистой Девы скажу. Вы приложили фрейдизм к Богоматери, чтобы запачкать чью-то любовь.

Ссылок на Фрейда, конечно, нету – и понятней понятного, почему. Вы, Саша, с амвона о Христе говорите, а Фрейда от слова «Христос» трясло. Тут такая цитадель сатанизма! А вот это я вам зря говорю. Вспоминаю грустное ваше признание: «Почему-то не верю я в сатану». Впрочем, все мы не верили, чтобы однажды... но про это я потом расскажу.

Вернемся к теме монашества в Вашей книге, где в каждой строчке ночует Фрейд. Разбор классический – строго по Фрейду, с отработкой всех пунктов – «от» и «до». Правда, из некоторой осторожности дается не термин, но калька его: не «подавленное либидо», но «бессознательная зависть» иноков к интимной жизни прихожан. Не «фрустрация», но та «компенсация», когда собравшись у самовара под развесистой клюквой бедолаги-монахи утешаются «разговорами о сексе» и «смакуют». А что им, беднягам, еще делать, если «из-за своего низкого духовного и культурного уровня» даже фрустрировать толком не могут и думу думать, Саша, как вы? Нет, монахам лучше не думать – ведь твердо знают, казалось бы, истину, что детей, конечно же, приносит аист, но, задумавшись, иногда сомневаются в том и выпытывают на исповеди такие подробности... не ходите, дети, в этот секс-шоп! (стр. 37).

Признайтесь, Саша, хотя бы однажды, что тайна монашества вам неведома, а монастырский быт незнаком. Бог ведает, когда вы признаетесь – на этой земле или потом. Пока же скажу сугубо личное: странница Феклуша, уверявшая, что за морем живут люди с песьими головами и соответственно заклейменная нами в школе, была оклеветана нами зря – ведь она не утверждала, что за морем бывала, но ссылалась всегда на первоисточник: это люди, мол, так говорят...

* * *

Отступлю здесь, однако, снова от темы, а почему – объяснится потом. Со мной было чудо. Проходя катехизацию в кругах «думающих» и начитавшись до одури протестантско-баптистско-католических и прочих заграничных новинок (иного среди «думающих» почему-то не было, а книг тогда негде было достать), я однажды будто проснулась, услышав мысленно тайный приказ – надо найти Лену-художницу. Какую Лену? Зачем? Непонятно. Но кто-то внушал – надо найти. Обзвонила всех: «Кто знает Лену-художницу?» Лен было много, художниц – нет. «Это блажь», – решила я твердо, не веря в тайны, сны, чудеса. Но вот однажды в центре на улице что-то так сильно толкнуло в сердце, что я бросилась к незнакомке:

– Вы Лена-художница?
– Да. А в чем дело?
– Я давно вас, Лена, ищу.
– Почему?
– Я верующая.
– Я тоже. Что вы ищете?
– Книги.
– А-а, поняла, кому я несу.

Лена втянула меня в подворотню, оглянувшись по сторонам. Тогда о вере не говорили не то что на улице с незнакомыми, но с непроверенными людьми. Все было странно, но не для Лены. Достала из сумки и протянула мне мои первые православные книги – «Духовная брань» и «Старец Сампсон». Я затряслась: «Вы мне доверяете?» – «Вы разве не поняли, что это Господь вас послал?» Через Лену я вышла на тайную православную Москву, где переписывали и ксерили святоотеческую литературу, отдавая за ксеру порой последнее. У меня открылся канал! Кто это знает, тот понимает...

Лена буквально меня потрясала. Вопросики: «Завтра в храме будете?» – «А что, завтра – праздник?» – «Ну, воскресенье». – «Нет, я наметила завтра стирать». Промолчит. А через неделю: «Завтра в храме будете?» Ну, железная леди! Она что – фанатичка: как воскресенье – обязательно в храм? Да что за шаблон? Стереотипы! Нет, мы тоже ходили в храмы – по вдохновению. Проще, по страсти, когда воспалишься высоким парением и будто в дар нечто людям несешь. Сказать по правде, храм тут не нужен. Не нужна икона – нужней зеркало: встань перед зеркалом и толкуй сам с собой. Впрочем, тогда это не понималось, и душа горела иным – свобода духа, раскрепощенность, потому что там, где шаблон... в Вашей книге, Саша, это четко отслежено: православные агрессивны, угрюмы, жестоки (стр. 69, 188), поскольку, по Фрейду, не смогли раскрепоститься от «шаблона» служб и молитв. Только творчество – фрустрируем в творчество: сперва батюшка с амвона поэкстазирует, потом желающие из мирян – а, ну-ка, девушки! А, ну-ка, мальчики! (стр. 167–168). Ладно, это мы проходили. Но Лене однажды я крепко выдала: «Я понимаю – в вас вдолбили вот с детства!..» – «Не поняла – почему с детства? Я в двадцать шесть лет к Богу пришла. А прежде молилась я только Фрейду...»

Лена рассказывала, а я не верила – это не Лена, ясноглазая, чистая. Это, наверно, кто-то другой – угар богемы, пьяные ночи, где наутро, как говорится, знакомились и выясняли, как друг друга зовут. «Все было хуже, чем вы представляете. И я решила покончить с собой. Рассчитала, чтоб быстро и сразу. Приступила и – вдруг земля из-под ног: Господь показал мне сразу, в картинах сначала ад, а потом уже рай». Я ахнула: «Опишите». – «Ад еще можно кое-как описать. У меня зубы стучали неделю от страха. Ой, не могу – снова стучат!» – «Рай опишите». – «Неописуемо. Таких понятий нет на земле. Вот я художница и знаю краски, но там неведомые – не с земли...» Однокурсник отвел ее к старцу Сампсону. Лена крестилась. «Перед крещением я села за Фрейда, чтобы вычленить психический яд. Писала страницами, сопоставляя и составляя сначала словарь: любовь у Фрейда – это партнерство, а партнерство по пьянке – это любовь. Целомудрие – извращение, похоть мысли, зависть, жестокость, а извращение – очищение закомплексованного грязного “Я”»...

К сожалению, наша меднолобая интеллигенция, как говаривал профессор психологии Петр Яковлевич Гальперин, знает из Фрейда одиннадцать слов, а там их целых двенадцать. В то старое, но недоброе время я служила в редакции по части науки и, зная научную элиту по-домашнему, поражалась всегда феномену: великий Фрейд был настолько неприкасаемо-великим Карл Марксом науки, что на него официально не смели дохнуть. В домашних же разговорах над «карлой-марлой нижнего бюста» весьма потешались, воспринимая его как научный курьез...

Почему-то рядом вспоминаются две фразы – одна из дневника Блока о том, что человек способен вынести невыносимые тяготы реальности, но он рухнет от тени призрака. И рядом: «Призрак бродит по Европе – это призрак коммунизма». Все-таки выдает себя «проклятьем заклеменный» уже на уровне лексики, когда с опозданием, но узнаешь, что слово «революция» в переводе – это движение назад, «энтузиазм» – состояние беснования у дельфийских пифий, «офис» – змей и т. п. Кстати, Саша, когда используют кальку «социализм с человеческим лицом», мне хочется спросить, чье лицо так безгрешно-прекрасно – мое, ваше или речь идет о человечестве в целом, не знающем падений и не падшем? Но ведь жертва на Голгофе тогда обессмыслена, если она не ради падших людей. Не мне вас учить. К сожалению, термин – это сгусток мировоззрения или, предположим, неудачный неологизм.

 * * *

Но я отвлеклась, а хотела отметить, что призрак коммунизма и «карло-марло нижнего бюста» идут всегда не просто в обнимку – Фрейд первым мостит кровавенький путь. Ибо, «как может кто войти в дом сильного и расхитить вещи его, если прежде не свяжет сильного?» (Мф. 12, 29). Сильные перед семнадцатым годом были связаны. Признаться, я долго не могла свести концы с концами и, анализируя причины отхода предреволюционной интеллигенции от веры, все вертелась вокруг названной вами причины: мол, Православие «интеллектуально устраивает только бабушек», пока не уткнулась в лежащее на поверхности и вне связи с интеллектом. Уже бушевала «эмансипация», которую позже назовут сексуальной революцией. Уже было то, что и нынче, когда на исповедь идти так стыдно, что поневоле лепишься к «думающему» батюшке, ибо тот «покроет любовью». В общем, если по слову св. Исаака Сирского: «В меру жития бывает восприятие истины», то житие с его многобрачием, абортами и «гражданскими», скажем из деликатности, браками предопределило «духовный выбор». Ну, а бабушек, не буйствующих плотью по интеллектуальной немощи, обвинили уже потом.

И, поверьте, Саша, я бы не стала говорить о многом, но раз уж вы бросили православным перчатку, обвиняя их в «слабом чувстве личной ответственности», то позвольте я ее подниму. Помните Ясочку? Она много лет окормлялась у вас и верила вашим советам настолько, что добавляла к ним с тихим восторгом: «Саша внешне, заметьте, похож на Христа». Имен в таких случаях на называют, но вы уже поняли, о ком говорю. Мы звали ее «наше Солнышко-Ясочка» – такой вот редкой доброты человек. Когда отнялись у знакомой ноги, Ясочка самоотверженно вместе с ее мужем дежурила месяцами у постели больной. И случилось то, что случается, когда рядом с соломой огонь. Тайна была настолько ужасной, что, не смея открыться ближним, Ясочка помчалась в неведомо дальний храм и выпалила все простоватому батюшке. – «Ты что, детка? – изумился батюшка. – Он же обманщик – раз жену обманул, то обманет тебя. Это блуд. Запрещаю. Тут такая дорожка, что хвали всех Святых, коль вернешься живой». Потом мы вместе отпаивали Ясочку валерьянкой. А она задыхалась от плача: «Разве блуд? Это любовь. Он не может бросить – он честный. Саша, что делать? Ведь это любовь». Вы долго молчали: «Ситуация сложная. Но при ваших нервишках вам гормончики все же нужны». В общем, вы «покрыли любовью». Или нет, точнее скажу – в вас говорил очень часто биолог. Заболеет кто: «Свежий воздух. Покой. Погуляйте по лесу – природа лечит. Вот смотрите – зеленый лист...» И так интересно – про листик с ветки! Когда заболела наша бедная Ясочка, кто б нам сказал, чтоб ее причастить, отстоять молебен и пособоровать? Лечились природой, собирая траву. Ни тени упрека, поверьте, тут нету. Вы нас любили, заботились, тратились. Вы были всегда самоотверженны. И дали нам все, что могли дать. Просто однажды вдруг обнаружилось, что простенький батюшка спасает нас...

Он был прав. Летели годы. Не выдержав тайной двойной жизни, совестливая Ясочка надорвалась. Потеряла здоровье, потом веру. А когда потеряла любимого – после смерти жены он женился на другой,– она успела позвонить православной татарке перед тем, как покончить с собой. Татарка успела ворваться в квартиру – она водит машину как автогонщик-лихач. Наговорила с три короба, обещая, что своими руками намылит веревку, но сперва ее к старцу Науму свезет. Приема у старца в тот день не было, но он сбоку откуда-то вышел на них. Посмотрел в пустые, уже мертвые глаза Ясочки и тихо сказал подруге-татарке: «Веди ее в храм. Поставь у Распятия. А я буду молиться о ней».

Сколько они стояли – обе не помнят. Ясочка давно разучилась плакать – мертвые не плачут, а в ней все давно так омертвело, что было тягостно средь живых. – «Не обманешь?» – спросила она про веревку. Подруга ответила: «Не обману». И вдруг обе рухнули на колени, заливаясь потоками слез. Божья любовь их укрыла, как облако, – и так велика была эта любовь, что Ясочка плакала уже от счастья: «За что ты, Господи, любишь меня?» Когда-то в юности, узнав о Господе, Ясочка написала стихи: «Не забудьте, мы Царские дети!» И теперь сам Царь склонился над ней – искалеченной, падшей, но Царской дочерью, припавшей снова к стопам Отца...

Ясочка прилепилась к простому батюшке. Раньше и «Правила» не признавала, молясь самодельно, а теперь, смотрю, читает «Псалтирь». О прошлом никто из нас не вспоминает, разве что молча и переглядкой: «Неужели помиловал и вывел Бог?»

Меня Он вывел из круга «думающих» нежданно-негаданно для меня. Готовясь вести вперед народы, я обрушила груз моих светлых знаний на приехавшую в гости родню. А родова моя сибирская заголосила: «Да ты ж некрещеная, прости, Господи, нехристь, а учишь, лутонья, крещеных людей?!» Конфуз был полный.

Я крестилась. И ничегошеньки не поняла – вроде все то же, но странно тихо, будто кончилась вдруг война. Исчезло, как небыль, многоголосие споров и утихло гуденье в душе. Тишина! И было так тихо, что я расслышала в тишине, как ангельский голос выводит молитву: «Да тихое и безмолвное житие поживем...»

Близ Господа тихо. Тишина на Голгофе. И мне непривычно странно читать предсмертные записки новомучеников из ада – перед распятием, из лагерей: «Мне хорошо. Я спокоен, верьте. Близ Господа, верьте, всегда хорошо!» Я вся в житейском – из маловеров и, записывая рассказы страдальцев за веру, всегда удивляюсь ясности духа и допытываюсь: почему? Помню, покойный отец Василий Евдокимов, прошедший ГУЛАГ и хлебнувший лихвы, сперва молчал, а потом ответил: «Дух был свободный. И дух горел! Как объяснить? Был у нас монах-простец и, бывало, говаривал: “Посмотрите, кто на Голгофе? Господь, Божья Матерь и римские воины. Они делают свое дело, а мы свое”».

 * * *

Оборву разговор, обозначив несказанное: пытаясь проследить социально-психологические корни неоживцовства, я сознательно уклонилась от разговора о главном – анализа духовных истоков его. В этом вся соль. Да, немощен дух – я все-таки, Саша, из новоначальных. И, живя уже шесть лет в деревенском доме возле Оптиной Пустыни, я лишь роюсь в архивах, допытываюсь, всматриваюсь. И безмолвствую, благоговея перед Тайной монашества, заключающей в себе тайну Православия. А, поскольку по роду моих занятий мне бывают доступны материалы, еще не доступные всем, то попробую хотя бы в отрывках познакомить вас с рукописью Оптинского старца Варсонофия. Удивительный старец предвидел многое – 1917 год и нынешнее, хотя на рукописи, подчеркиваю, дата – 1911 год:

«С тайной монашества Восточного неразрывно связаны и конечные судьбы христианского человечества, судьбы всего мира... в нем сокрыта тайна “конца”. С исчезновением монашества исчезнет и христианство. С исчезновением христианства исчезнет и внешний мир: прийдет конец его».

«Кто не понимает монашества, тот не понимает христианства, кто ненавидит монашество, тот ненавидит Господа Христа, хотя бы он и верил во Христа. Такая вера не спасительная, она не вера Отцов, она не православная: это вера еретическая, сектантская, антихристианская и в последних временах весь мир и так называемый “духовный” (будет) охвачен этой верой...»

«Выявившаяся ненависть к монашеству в наше время (не всеми еще примечаемая) служит таинственным знаком окончательно завершившегося богоотступления и неопровержимо свидетельствует, что наступила для христианства, как носителя тайны Христовой – наступила ночь Реформации. Иуда руководит темной злой массой, ученик Христа является зачинщиком богоубийства. Сей евангельский образ служит страшным знамением, грозным пророчеством о наших днях...»

«Как ни странно, а в историческом движении носителями этой ненависти к монашеству, а потому к христианству, было духовенство, предстоятели святых престолов. Современное духовенство и мир смотрят ныне на монашество, как на своего злейшего врага. И эта ненависть богоотступного мира и богоотступного духовенства не является случайной... в ней сокрыта тайна конца, или, выражаясь языком Евангелия, – тайна жатвы».

Вы избрали, Саша, для своей книги «Побелевшие нивы» образ жатвы. Может, возьмете к ней эпиграфом это пророчество великого Старца?

 
1994 г. Неделя св. праотцев


Благодатный Огонь


Cовременное обновленчество – протестантизм «восточного обряда»


Голосование за статью

 /  Не понравилась  -  ...

Комментарии:

Александр 29.10.2019 в 14:14:47

"Служил ... 9 лет — в Голгофе".
Небольшое дополнение. Вышеприведенную строчку про службу на Голгофе добавил, потому что в биографии у протоиерея Иоанна Журавского в википедии указано, что он служил на Голгофе. Промыслительно перекликается с названием статьи. А еще сегодня день памяти святого мученика Лонгина, с чем всех и поздравляю. Он тоже "служил на Голгофе".

Александр 29.10.2019 в 11:55:15

"Служил ... 9 лет — в Голгофе"
Немного оффтопик. Захотелось поискать в интернете приведенную внизу статьи цитату, приписываемую преподобному Варсонофию Оптинскому: "С тайной монашества Восточного неразрывно связаны и конечные судьбы христианского человечества, судьбы всего мира... в нем сокрыта тайна “конца”. С исчезновением монашества исчезнет и христианство. С исчезновением христианства исчезнет и внешний мир: прийдет конец его"
И вот, где она всплыла: https://azbyka.ru/otechnik/molitva/o-vnutrennem-hristianstve-tajna-tsarstvija-bozhija-ili-zabytyj-put-opytnogo-bogopoznanija/ Книга "О внутреннем христианстве. Тайна Царствия Божия ..." - попалась в первый раз, но сразу заинтересовала. Сходу отметил два факта о ней:
1. Нашел мнение, что эта книга "скорее всего ошибочно приписываемая протоиерею Иоанну Журавскому" (тут: http://www.logoslovo.ru/forum/all/topic_4201/)
2. Один из отрывков в книге совпадает с тем, что мне говорил о Церкви седой Архипастырь побывавший в тюрьме за веру: "Ныне же нас покрыла темная ночь. Мы вошли в мрачную ночную эпоху. И путь наш без луны и без звезд. Путь наш во мраке. И дойдем ли мы, одинокие и сиротливые, до врат Нового Умного Бытия? Озарят ли нас Лучи Незакатного Солнца? Переплывем ли мы, слабые и бессильные, это темное море страстей? Увидим ли радостный Берег Новой Земли? И на чем переплывем, когда Апостольский Корабль разбит? Хотя сам Апостол, просветитель языков, плывший на корабле со спутниками своими, и спасся, но только «НА ОБЛОМКАХ» от корабля (Деяния Ап. 27, 40–44). И это для нас – немощных и колеблющихся – сокровенный «образ знамения», бодрящий и спасительный, охраняющий нас от возможного уныния, малодушия и отчаяния. Крепко держась за "ОБЛОМКИ" и мы спасемся – по слову Апостольскому и будем выброшены из зыбкой пучины на твердый берег: из бытия плотского, гибнущего, грешного – в бытие Новое, Умное, Божественное. ... Обломками" от Апостольского Корабля для нас служат Писания Отцов и их спасительный плач. На этих "обломках" и будем спасаться и входить в Новое Бытие, духовное, разумное."
Вот этот Архипастырь также говорил, что мы сейчас на обломках и всем советовал читать Святых Отцов.

vita-2975@yandex.ru 28.10.2019 в 22:59:52

Господи, упокой душу рабы Твоей Нины в селениях праведных!

Михаил Яблоков 28.10.2019 в 08:03:46

Диана.
@для маскировки прикрыты красивыми словами про то, что так делали, мол, первохристиане - надо же накинуть овечью шкурку на волчий хвост@
Да если бы и первые христиане... Они-то (обновленцы) какое отношение к первым христианам имеют?! Для того, чтобы копировать богослужебные формы первых христиан, нужно для начала стяжать их дух!

Родион 27.10.2019 в 20:39:23

Упокой, Господи, душу рабы Твоей Нины! Прекрасные письма.

Диана 22.10.2019 в 21:48:35

Мда... Есть такая профессия - Христа продавать, модернист - обновленец называется. Чисто бизнес - ничего личного. Очень интересен и важен факт работы обновленцев 20-х годов на Ватикан. Воистину, нет ничего нового под солнцем. Теперь понятно, почему обновленчество и в наши дни на практике оборачивается окатоличиванием. Все эти новшества в богослужении обновленцев стары как мир и взяты из богослужебной практики униатов греко-католиков, а для маскировки прикрыты красивыми словами про то, что так делали, мол, первохристиане - надо же накинуть овечью шкурку на волчий хвост. Интересно, а нынешние наши либеральные отцы бесплатно заблуждаются?

Алексей 26.11.2015 в 21:58:39

Получил истинное удовольствие от прочтения материала. Чудесный художественный язык, грамотное вИдение ситуации, живость мысли и великолепный анализ! Царство Небесное...

Владимир Юрганов 29.10.2015 в 06:55:28

Агапит пишет:
***милостив Бог. Появятся новые Диомиды-бунтари***
Вот откуда у человека такая ненависть к Православной церкви, что он ждет прихода очередной проекции сатаны - разрушителя церкви?

Адриан 29.10.2015 в 05:29:42

Вера К. 12/09/2014 в 11:36:12
***Агапиту. "Ув. Агапит"***.
Никакой он не уважаемый, если он за микрофоны в храме. Это бесовское, неправославное модернистское нововведение, превращающее храм в дискотеку!
Просьба к редакции БО, посвятить этой теме основательную статью. Надеюсь, что БО не "за".

р.Б. Надежда 27.10.2015 в 22:41:05

Агапиту 11/09/2014 в 22:29:53.
Уважаемый Агапит, простите, вопрос не по теме, но раз уж Вы упомянули епископа Никона (Миронова)... Его оклеветали тогда? Ведь было много подписантов, среди них наместники и духовники монастырей. Но потом он был на отпевании прот. Николая (Гурьянова), который вроде бы говорил, что епископа оклеветали. Мне надо знать, как правильно молиться в этой неясной ситуации. Одного из активных участников тех давних событий мне суждено наблюдать лично - я в их приходе. Впрочем, можете не отвечать, тема тонкая. Храни Вас Бог.

Пётр Цыганков 27.10.2015 в 16:14:38

михаилу
Шарахаются, потому что не экуменисты. Под настоящими я имел ввиду лефевристов. Бенедикт XVI анафему с них снял, но их канонический статус до сих пор не ясен: Ватикану они не подчиняются, но папу поминают. http://www.blagogon.ru/digest/8/

Наталья 27.10.2015 в 15:49:07

Какой мощный текст, какой аргументированный знаниями и сердцем анализ явления. Эти строчки стали ещё сильнее по кончине матушки Нины. Упокой, Господи, её душу в селениях праведных.
Как-то отмахнешься от этих старообновленческих нововведений, от этого иларионовского богословия, поверишь митрополиту и его искренности, я уж не говорю об о.Александре Борисове, мне такие "святые" попадались в жизни, слава Богу! А потом вспомнишь о двухтысячной истории с синедрионом и опять станет не по себе. Господи, спаси всех и научи неразумных!

михаил 27.10.2015 в 15:47:36

А почему "шарахаются"? Да потому что у них разные задачи: о своём личном имидже и конечно же финансовой выгоде... А потом уже духовность и нравственность... Если они вообще присутствуют.

Пётр Цыганков 26.10.2015 в 20:41:53

Настоящие католики (пусть они и еретики) шарахаются от меневцев, как от чумы.

михаил 26.10.2015 в 15:51:25

Отче Андрее, почему же так кратко? Чем меньше мы, православные христиане святоотеческой духовности, будем говорить, тем агрессивнее будут реформаторы! Я, надеюсь, они обращают внимание свое на то, что в Благогоне обсуждается! Поэтому: ПОМОГИ НАМ ВСЕМ ГОСПОДИ небоязненно говорить правду Божию, которою жили и спасались наши святы предки!

прот. Андрей Хвыля-Олинтер 26.10.2015 в 14:37:40

Все, что здесь написано, является частью того, что относится к Голосу Церкви.

Агапит 19.09.2014 в 20:55:37

Р.Б. Сергию.
А ко всему прочему, впереди ещё Всеправославный Собор, которым заправляют новостильники, модернисты и экуменисты. В 17 веке патр. Никон при поддержке проходимцев Паисия Лигарида, Арсения Грека и бродячих Греческих иерархов осуществил неполезную модернистскую реформацию, приведшую к доселе неуврачеванному расколу, и сам лишился власти. Кстати, один автор назвал те реформы "украинской порчей русского Православия".
Ну ничего, страшен сон, да милостив Бог. Появятся новые Диомиды-бунтари, Иоанны Снычевы, да и Киевский митрополит Онуфрий внушает осторожный оптимизм.

р.Б.Сергий 18.09.2014 в 20:51:13

Агапит (16/09/2014) пишет:
//Надеюсь, что везде ТАК не будет, это надо либо циркуляр издать, либо в семинариях поголовно всех учить,..//
Дорогой Агапит, и я надеюсь вместе с Вами, что везде ТАК не будет. Однако «всяк человек ложь» (Пс.115,2) и ВСЁ во власти Господа!
Но... и учат, и циркуляры издают, Страха Божьего не ведая... Уже только документ «Основы социальной концепции РПЦ», принятый в 2000 году, чего только стоит...
Мало кого волнует и то, что в подавляющем большинстве храмов РПЦ чин торжества Православия уже служится без анафемы еретикам (в т.ч. католикам) и на Пасху огласительное слово Иоанна Златоуста читается на «чистом» русском! В церковных магазинах и лавках РПЦ уже нет в продаже Типикона, зато полно западной иконографии, в которой небесное имя Господа часто заменяется драгоценными камнями, а у Богомладенца и вовсе может отсутствовать крестообразный нимб!
Целые богословские институты неустанно пыжатся дабы половчее исказить молитву Господню и Символ Веры, неугодные архиереи высылаются в беднейшие и удаленные епархии (как будто этим можно умалить их достоинство - им же это только во благо), не первый год идет тотальная зачистка информационного пространства и изменение Устава РПЦ.
Каков будет новый катехизис несложно предугадать, ибо худое древо не приносит добрых плодов, а рыба гниёт с головы.
Когда в духовных семинариях и академиях интенсивно проповедуется экуменизм, а Патриарх икономии ради регулярно шлет поздравительные телеграммы президенту-униату, руки которого по локоть в крови православных христиан, то каждый православный христианин, желающий сочетаться со Христом должен осознавать как близок он к исчезновению земного воплощения Православной Церкви, и потому обязан «непрестанно приносить Богу жертву хвалы» (Евр.13,15), своими делами благодаря и прославляя Господа!
Не может мирянин судить Священноначалие, но может не принимать греха! Ничто не должно обладать нами, так как «раб, призванный в Господе, есть свободный Господа; равно и призванный свободным есть раб Христов» (1Кор.7,22)!
Бог поругаем не бывает!!! В 41-ом году прошлого столетия, когда в Русской Православной Церкви осталось на свободе только шесть архиереев, - народ русский был очищен кровавой жатвой. И сегодня, видя кровавую дань вновь уже обильно собираемую с приверженцев 3-го Рима, необходимо понимать, что народ наш, а вместе с ним и весь мир века сего находится на пороге тяжелейшего испытания исповедания своего, ибо 4-му Риму - не бывать!
СЛАВА БОГУ ЗА ВСЕ!

Агапит 16.09.2014 в 22:51:08

Ольге.
Прочел Ваш последний коммент уже после того, как отправил свой предыдущий. Надеюсь, что везде ТАК не будет, это надо либо циркуляр издать, либо в семинариях поголовно всех учить, чтобы именно ТАК читали. Но на всякое обновленчество в ответ поднимет голову здравый консерватизм, который и проповедует нам Николай Каверин :).

Агапит 16.09.2014 в 22:42:42

Ольге и Николаю Каверину.
Большое спасибо, что вы, каждый по-своему интересно, грамотно и обоснованно разъяснили не только отсутствие необходимости, но и неполезность и даже еретическую (протестантскую) сущность новомодного обычая читать "тайные" молитвы вслух.
Правда, был один эпизод в моей жизни, когда я узнал, что в монастыре, где я был трудником, находился запрещенный клирик, который попал под запрет за то, что по лености и нерадению вообще не читал положенных тайных молитв. КАК именно сей факт вскрылся и стал известен архиерею, я не знаю. Впоследствии этот батюшка был прощен и переведен на другой приход. Так что всяко бывает.
Ольга сетует, что на их приходе тоже стали громко читать эти молитвы, а что тут удивительного, если так происходит на патриарших службах в ХХС?

Ольга 16.09.2014 в 22:34:41

Николаю Каверину.
Спасибо за объяснение. Священство служит Богу и служит так "ревностно", что не дает молиться прихожанам - вот итог протестантских нововведений. И, как я поняла из одного комментария, так будет везде, потому что так служит Патриарх.

Николай Каверин 16.09.2014 в 20:56:01

Агапиту и Ольге
О чтении вслух «тайных молитв»
Читать ли вслух священнические «тайные» молитвы
А зачем? Чтобы доказать «следящим», что священник ничего не пропускает?
Корни этого требования восходят к протестантскому учению о всеобщем священстве мирян и, как следствие, учению об их сослужении священнику, который есть лишь предстоятель, а не совершитель таинства: в основе этого – протестантское истолкование слов апостола: «Вы – царственное священство» (1 Пет. 2, 9). Это протестантское учение развил протопресвитер-модернист Николай Афанасьев (†1966). Согласно ему, все миряне не просто участвуют или молятся на литургии, а служат литургию вместе со священством. Следует отметить, что при таком протестантском понимании Евхаристии на литургии не может быть непричащающихся мирян (отсюда – требование неообновленческих священников причащаться мирянам за каждой литургией, так как в Православной Церкви служащий иерей не может уклониться от Святой Чаши). А так как, согласно учению прот. Н.Афанасьева, развитому затем до протестантской крайности свящ. Г.Кочетковым, предстоятелю в алтаре сослужат не только духовенство, но и все верные, то и недопустимы какие-либо «тайные» от мирян-«священников» молитвы. Следовательно, необязательна исповедь перед причастием. Отсюда и ненужность иконостаса, недемократично отделяющего одно священство, которое у престола в алтаре, от другого «священства», которое не у престола. Везде должно сохраняться равноправие, с которым наличие в Церкви иерархии, иконостаса, «секретных» молитв и прочего – несовместимо и недопустимо, ибо недемократично!
Согласно же православному пониманию слов апостола Петра о «царственном священстве» (1 Пет. 2, 9), миряне не обладают благодатью священства и поэтому не могут сослужить священнику.

р.Б.Сергий 16.09.2014 в 20:49:53

Спаси Господи и помилуй!
1. Вере К. (12/09/2014)
Спасибо за ссылку. Храни Вас Бог!
2. Александру Бутову (13/09/2014)
Весьма печально, когда даже обычное недоумение, сопряженное со страхом плоти, уже лишает возможности сосредоточения внимания на трезвлении ума, вместо попечения о практике богослужения в известных храмах. Наша грубая плоть тела всегда желает противного Духу Христа! Не облеченный во всеоружие Божие обречен на поражение...
3. Михаилу Ершову (14/09/2014)
Прошу простить за прямоту, но неужели междусобойчик на форуме важнее содержания отрывка из рукописи старца Варсонофия?!
*** Уже ли возможно сохранить веру непостыдну при тотальном уничтожении монашества?! Как брести человеку во тьме мира сего без маяков истинной духовности?! Не потому ли последние времена венчаются концом света, что именно апостасия священства в наибольшей мере способствует возникновению духовной слепоты у пасомых?! Обмирщвленность души делает человека неспособным к постижению смыла его бытия. Содомия, в которую погружается мир века сего, сжигает совесть человека и долг каждого, облечённого во Христа, противостоять духам злобы поднебесным, дабы на брачном пиру иметь и одеяние брачное, и наследовать обетованное Господом! ***
Только Жизнь имеет смысл, смерть имеет лишь значенье!

Ольга 16.09.2014 в 20:41:37

Агапиту -
***т. наз. "тайные молитвы" принято читать шепотом или вполголоса… Я не знаю, КАК именно правильно… хор поёт тихо с той же целью - сконцентрировать внимание на этих молитвах ***
Уважаемый Агапит, мне кажется, я знаю, почему эти молитвы называются тайными и почему их принято читать шепотом или вполголоса, а не забивая пение клироса. Сужу об этом с позиции обычного прихожанина, вынужденного слушать это, поскольку и в нашем храме с недавнего времени стали именно так вести службы – с чтением вслух тайных молитв. Насколько я понимаю – пение клироса – это молитва прихожан. Молитва священства – это молитва священства. Мы либо молимся вместе – на ектениях, либо у нас своя молитва (напр. Херувимская, молитвы Евхаристического канона), а у священства в это время своя молитва. И что получается? Мы (прихожане), например, молимся «Тебе поем, Тебе благодарим…», а в это время из алтаря доносятся «безчинные вопли» (да простит меня Господь за резкие слова) громко читающих «тайные» молитвы. И мы, молясь с клиросом, хоть на Херувимской, хоть на Евхаристическом каноне должны сосредоточить все внимание на СВОЕЙ молитве, а не на молитве священства. А что получается на практике? Молитвы нет ни своей, ни священнической, про благоговение, которое должно присутствовать в упоминаемых выше моментах богослужения я уже вообще не говорю. Стоишь и ждешь – когда же, наконец, они закончат читать свои молитвы. Вот и весь результат чтения вслух так называемых тайных молитв. Я полагаю, что именно этого и добиваются те, кто так настойчиво внедряет эти новшества в богослужение.

Михаил Ершов 14.09.2014 в 13:51:22

Поздравляю с. бригадира с днем танкиста! Ты, бригадир, похоже, в том же духе. Желаю тебе выздоровления и хороших друзей... С Новым годом!

Александр Бутов 13.09.2014 в 22:49:09

Модератор: **... (Далее неразб. — Прим. Ред.)**
Модератору:
искренне благодарен Вам, уважаемый Модератор (уважаемая Редакция), за Вашу э-э-э деликатность, которая еще больше укрепила меня в моих опасениях! :) Это мой последний, под данным материалом, комментарий, который можно и не публиковать.

Александр Бутов 13.09.2014 в 00:05:02

Хочется, все-таки, сказать здесь то, что меня действительно привело в некоторое недоумение, сопряженное с долей страха ... (Далее неразб. — Прим. Ред.)

Александр Бутов 12.09.2014 в 23:47:04

Агапиту:
Уважаемый Агапит! Буду очень рад, если Вы сможете прислать cвой отклик на мой почтовый адрес: perovo64@gmail.com. Даже если он будет отфильтрован в спам, я его все равно смогу прочитать, т.к. периодически просматриваю свою "корзину". )

Агапит 12.09.2014 в 16:05:02

1. Александру Бутову.
Александр, тут дело не в микрофонах и звукоусиливающей аппаратуре. В большинстве храмов всё это есть, и я только за. (Хотя есть и такие ревнители, которые против.) Просто т. наз. "тайные молитвы" принято читать шепотом или вполголоса, чтобы диакона и пономари видели, что священник действительно читает их, но для всего прихода они не предназначены. Хотя это очень назидательные и трогательные молитвы. Я не знаю, КАК именно правильно, может, прав о. А. Борисов, но он читает так, чтобы всем было слышно. А хор поёт тихо с той же целью - сконцентрировать внимание на этих молитвах. Повторюсь, что я не осуждаю, ибо не эксперт, но сложившаяся практика, традиция этим нарушается. С удовольствием постараюсь посетить Ваш храм в Царицино, но куда напишу отзыв?:)
2. Вере К.
Большое спасибо за статью, прочел с большим интересом. Неудивительно, что митрополит-филокатолик Иларион Алфеев назвал сей храм и приход образцовыми.

Вера К. 12.09.2014 в 11:36:12

Агапиту.
Ув. Агапит, рекомендую прочитать эту статью о том, что творится в "самом интеллигентском" храме Косьмы и Дамиана в Столешниковом пер. (в Шубине): «Малые сестры» в московском храме Космы и Дамиана http://www.blagogon.ru/articles/125/
Что скажите Вы и что бы сказала Ваша супруга о такой приходской практике?

Александр Бутов 12.09.2014 в 00:02:25

Агапит:
***Евхаристические молитвы настоятель громко читает в микрофон...***
Уважаемый Агапит! Либо Вы сильно загнули, сказав сие. Либо я просто давно (2 года) не был на литургии в этом храме. Либо просто подзабыл то, что мне довелось слышать и видеть однажды. Либо это "однажды" было лишь аккурат в тот день, когда литургия служилась архиерейским чином. В тот день (летом 2012 г.) литургисал владыка Иларион (Алфеев). Единственно, что крепко запомнилось (поскольку слегка резануло слух), так это, что он назвал данный приход одним из лучших в Москве (или он сказал "в России" (?), точно не помню), если не самым лучшим.
Еще по поводу микрофона. Это - тот, что на штативе крепится? Или какой Вы имели в виду?.. В храмах сейчас нередко можно услышать и увидеть средства звукоусиления. На мой взгляд, это хорошая мера - для того, чтобы прихожанам было лучше слышно, что читается и поется. Микрофоны устанавливаются в разных местах. Я не специалист по акустике, но, например, в Сретенском монастыре просто любо-дорого слушать читаемое на солее чтецами и дьяконами. Другое дело - алтарь. Если Вы, Агапит, утверждаете, что евхаристические молитвы было хорошо слышно, то это говорит, в первую очередь, о том, что звук в храме на тот момент еще не был отрегулирован должным образом. Из Вашего же повествовани получается, что это делалось и делается специально, вопреки сложившейся в большинстве наших храмов практике богослужения.
Кстати, приглашаю Вас в наш храм иконы Божией Матери "Живоносный Источник" в Царицыно. И будет, наверно, неплохо, если Вы поделитесь здесь вкратце своим мнением о том, что Вам у нас доведется увидеть и услышать.

Агапит 11.09.2014 в 22:29:53

Первое, что бросается в глаза в храме свв. Космы и Дамиана в Шубине, где настоятелем о. Александр Борисов, это большой, сплоченный приход, где все друг друга знают. И это хорошо. А дальше начинаешь замечать множество ярко накрашенных женщин разных возрастов с печатью высшего образования на лице. И без головных уборов. И в брюках, словно дресс-код у них такой. Также и хор. Неплохо, что многие песнопения исполняются всем храмом, а не только "Отче наш" и "Верую".
Батюшка почти всю литургию исповедует, к нему большая очередь, а возгласы зачастую даёт прямо от аналоя, так что перед престолом не предстоит никто. Перед пением Символа Веры о.Александр возглашает с амвона, воздев руки горе: Христос посреди нас! Все отвечают: И есть, и будет! И дают друг другу "целование мира". Этот возрождённый обновленцами обычай сам по себе неплох, если б не целовались мужчины с женщинами, чего в древности не было. Евхаристические молитвы настоятель громко читает в микрофон, а хор всё положенное поёт нарочито приглушенно. Впрочем, сейчас примерно так служит и Патриарх.
Причащается почти весь храм, редко увидишь ТАК много причастников в обычный воскресный день. Что ж, молодцы, если должно подготовились, исповедовались и приступают с чистой совестью...
Когда подходил ко кресту, нарочно спросил у о. Александра, почему большинство женщин молятся с непокрытой головой. Батюшка немного осерчал, и говорит, а в чём, дескать, проблема? Тут я ему апостола Павла цитирую, что женщина должна молиться с покрытой головой. О. Александр парировал: "Ап. Павел и длинные волосы мужчинам запрещал, а Вы батюшкам делаете замечания?" Я ничтоже сумняшеся ответил, что и сего не одобряю. В итоге о. Александр сказал в том смысле, что ап. Павел жил в другом месте и в другое время, а потому данное им постановление (о молитве женщин с покрытой головой) устарело и необязательно для исполнения. Было заметно, что разговор этот ему неприятен, я сказал "простите" или нечто подобное и отошел. Потом привёл в этот храм жену, не предупредив заранее, что это обновленческо-экуменическая община. Что-то ей понравилось, многое оттолкнуло, но больше ходить сюда она не пожелала. Больше и не ходили.
P.S.: Прав был епископ Никон (Миронов), мой креститель, когда будучи на Екатеринбургской кафедре приказал сжечь книги оо. А. Шмемана, И. Мейендорфа и А. Меня. Ныне этот список вельми расширился, увы. Кстати, на службах Владыки Никона в Вешняках было весьма торжественно, радостно и благодатно, спаси его Господи.

Алексей 11.09.2014 в 17:44:35

В современном неообновленчестве, как и во всяком извращении, неважно, духовном или плотском, есть один существенный момент - категорическое нежелание удовольствоваться занимаемой узкой нишей, стремление подмять под себя и свои стандарты всю Церковь. И дело тут не столько в уверенности в собственной правоте, сколько, напротив, в подспудном ощущении собственной ущербности. Избавиться от него можно лишь тогда, когда не будет обличающего примера стояния в Истине. Вот и стараются миссионерствуя. Но и миссионерство это носит характер горячечного бреда.

Геннадий 08.09.2014 в 20:53:28

Прочёл эту статью ещё до киевского майдана. Сейчас перечитав, навеяла она на мысли о многострадальной Украине. Ведь там не только масса «нео-живцов», но и тьма сект и секточек, не говоря уже о том, что там ещё кроме Православной церкви, есть ещё две также по какому-то недоразумению, называющие себя православными. Это с одной стороны, а с другой передача, снимавшаяся там, и идущая по-нашему тв, «голые и смешные». А теперь риторический вопрос, кто виноват в происходящем на Украине? Неужели Путин и «ватники и колорады»?

р.Б.Сергий 08.09.2014 в 16:28:06

СЛАВА БОГУ ЗА ВСЕ!
Проникновение экуменизма в православное священство обрекает его на предательство и отречение от Истины! Ересь ересей кислотной ржой разъедает благоговение и трепет служения Богу превращая их дерзостью в служение мiру.
Во все времена, именно предатели и отщепенцы особенно жестоки и беспощадны потому, что духовная слепота делает их глухими и бесчувственными к чужой беде и боли. Нет чужой боли и чужой беды, если любишь ближнего своего!
Мы - маловеры лишь из-за собственной лени и нерадения к трезвлению ума и к очищению души покаянием. В нашей власти лишь пожелание благого, дать же это полезное лишь во власти Господа!
БЛАГОСЛОВЕН ГРЯДЫЙ ВО ИМЯ ГОСПОДНЕ!
P.S. Эти письма-откровения словно дуновение Божие освещающее Путь к Тому, кто на Голгофе: ДА СВЯТИТСЯ ИМЯ ТВОЕ, ДА ПРИИДЕТ ЦАРСТВИЕ, ДА БУДЕТ ВОЛЯ ТВОЯ, ЯКО НА НЕБЕСИ И НА ЗЕМЛИ!

Марина К. 07.09.2014 в 17:30:53

ВЕЛИКОЛЕПНО!!!
Спасибо за "письма"! Хоть бы люди почитали и поняли, что к чему!... Будем надеяться, что "последователей" не "могила исправит", а Бог помилует пораньше.

Добавить комментарий:

Код анонса статьи для вставки в блог или на сайт

показать анонс